Все перевели взгляд на молчавшего Сметвика. Молчавшего, и как-то ехидно улыбавшегося.
— Ты что-то знаешь, — пожурила его Нарцисса, погрозив пальчиком. — Знаешь, и молчишь.
— Знаю. И молчу, — с улыбкой ответил он, доедая последнюю дольку апельсина.
— Он не магглорождённый?
— Отнюдь, самый что ни на есть магглорождённый. Как и его сестра.
— И ты не против интрижки твоей крестницы с ним? — удивилась Нарцисса.
— У меня свои взгляды на чистоту крови, — пожал плечами Сметвик. — Сугубо медицинские. Да и возраст позволяет сказать простую вещь — ну и ладно.
— То есть? — что Бенджамин, что Аида обратились во слух.
— Ну сложится у них что-то — хорошо, — пожал плечами Сметвик. — Не сложится — полезный опыт для обоих. А насчёт ученичества у тебя, Северус, ни я, ни родители против ничего не имеют. Они давно знают о стремлении Дафны учиться зельеварению, и активно стимулировали её добиться этого самостоятельно. Похоже, получилось.
— Это всё очень мило, — кивнул Люциус, наполняя опустевший бокал вином. — Вот только вы не учитываете одного важного фактора. Он возвращается.
— Контракт на обучение не с Северусом Снейпом, — пожал плечами зельевар. — А с профессором Хогвартса, мастером зельеварения и тёмных искусств. Сами знаете разницу.
— Кстати, Люциус, — Сметвик стал очень серьёзен, и подобное немного выбило присутствующих из колеи. — Рекомендую оказать парню протекцию без обязательств.
— О как! — усмехнулся Малфой. — Хотя… Ты что-то знаешь. Какие плюсы?
— Просто получишь доброжелательно настроенного волшебника. Могу сказать, что успешного волшебника, даже если ему будут чинить препятствия.
— Ты же знаешь, — печально покачал головой Люциус. — После Хогвартса магглорождённым почти невозможно идти дальше по пути волшебства. Так устроен наш мир.
— Поверь, знания он получит и сам, — не сдавался Сметвик. — Но тогда ты не получишь выгоду. Не мне тебе рассказывать, как крутить интриги на ровном месте. Только с одним условием — без обязательств.
— Это странно…
Все слушали внимательно, ожидая какого-то решения. Пускай Люциус и не был лидером, но он был самым изворотливым в плане выгоды, умудрившись вернуть уважение волшебников и благосостояние, имея после падения Тёмного Лорда лишь пять галлеонов в кармане. Буквально. И ничего не растеряв из наследия.
— Хм… — Люциус вновь задумчиво протянул, глядя на бокал в руке. — Понял. Предлагаешь оказать протекцию стопроцентно успешному волшебнику, но без обязательств, чтобы получить товарища, а не должника. Оказать протекцию публично, чтобы обыватели думали, насколько я обжевался лимонными дольками, проникаясь равенством и братством, а другие — ломали себе голову, что же такого чистокровного в магглорождённом. Одни будут думать, что мы все такие белые и пушистые, а другие — что мы что-то знаем.
— Ну, около того, — кивнул Сметвик. — Но в связи с Его скорым возвращением, очевидную помощь лучше не предлагать. Вон, через Северуса, раз уж он решил брать парня в ученики. На людях просто общайся, не вороти по привычке нос…
— А нос и так у него не воротится от него, — улыбнулась Нарцисса. — Придраться не к чему.
— Как и у тебя, — парировал Люциус. — Что крайне непривычно.
— Ну, — Бенджамин. — Тогда и я попрошу Пэнси поддержать вашу игру. Она и так всячески помогает Дафне с её хитрыми планами. Пусть думают, что мы что-то знаем коллективно. Хогвартс — то ещё место. Всё это дело моментально обрастёт немыслимыми слухами. Главное — таинственно молчать и улыбаться.
— Верно, — кивнула Аида. — А мальчик, кстати, симпатичный. Даже слишком… Я видела в Омуте. Неудивительно, что девичье сердечко юной Дафны забилось чаще…
— Девичье сердечко… — хмыкнул Сметвик. — Скажешь тоже.
— Не соглашусь, — Снейп добавил в голос отрицающих интонаций. — Они полтора года продвигались к тому, чтобы начать называть друг друга по именам. Поверьте мне, как преподавателю, что видел их почти каждый день — внешность сыграла совсем не первую скрипку в этой симфонии симпатии и чувств.
— Как ты это делаешь? — Нарцисса с улыбкой смотрела на друга. — Парой фраз убиваешь всю девичью романтику, тут же воскрешая её в другом облике, словно Феникса из пепла?
— Огневиски — не иначе, — кивнул Снейп. — Вы же помните, что Зелье Болтливости, Чистой Мысли, Веритасерум и огневиски содержат в своём составе один и тот же древесный ингредиент…
— Так, всё, началось… — воздел глаза к потолку Бенджамин. — Сейчас мы многое узнаем о своей бездарности в зельях…
Наконец-то присутствующие перешли от темы «Грейнджер» к другим немаловажным событиям последних дней в Хогвартсе, а один небезызвестный магглорождённый ученик лучшей школы чародейства и волшебства никак не мог заснуть — одолевали то икота, то желание чихнуть.
***
Январь — как много в этом слове! Оно пробуждает стойкие ассоциации с заснеженными просторами, безветренным штилем, ярким голубым небом, солнцем, звенящим холодом. Ассоциации с инеем на деревьях и с тем, как он валится снежной волной, если потревожить. Ассоциируется с посиделками дома, тёплыми напитками и спокойным отдыхом.
