— Ну, если верить всё тем же разговорам, — задумался Эрни. — То получается, что если жертва опытна, то эффект будет мало чем отличаться, если бы жертва просто повстречала парня или девушку желанного типажа. Ну и, разумеется, от слабых и средних зелий ты не теряешь голову, хотя сам я точно сказать не могу. Наверняка под их влиянием вполне хватит ума сообразить, что что-то неспроста всё это происходит. А если и на это ума нет… Ну что, так тебе и надо.
— Жесткая позиция, — улыбнулся я. — Если дурак — то судьба твоя быть жертвой.
— А почему нет? — удивился Эрни. — Родители говорят, что в жизни всё именно так и без всяких зелий. А зелья — просто ещё одна яма на дороге жизни, в которую ты можешь ухнуть по своей глупости.
— И что, всем зельям можно сопротивляться?
— Нет конечно! — возмутилась Сьюзен раньше, чем кто-то что-то успел сказать. — Тот же Веритасерум — побороть невозможно. Хотя…
Сьюзен вновь смутилась и задумалась.
— …Сугубо теоретически, любой эффект можно побороть. Но одно дело — теория, а другое — практика.
Позже, ближе к концу марта, я прояснил вопрос с любовными зельями, прочитав кучу статей по ним. Действительно, они работают примерно так, как и говорил Эрни, а сама любовь, то неведомое эфемерное чувство, являющееся совокупностью огромного множества различных факторов, реакций и процессов — действительно Грааль зельеварения, недостижимая вещь. Страсть, влечение или ещё что-то — не проблема. Но вот любовь… Думаю, дело в том, что магия, как и обычная наука, в какой-то мере основывается на наблюдении за процессами и феноменами, на попытке их описать известными методами, подогнать под доступные методики и схемы, а потом — использовать в своих целях. Но настоящая любовь не является тем, что так уж просто исследовать — её, для начала, вообще нужно зафиксировать как явление. А ведь это очень индивидуальное для каждого чувство, сложное и комплексное, но главное — для всех она разная. Наверное, потому и нет некоего идеального любовного зелья.
Занятия со Снейпом шли много мягче, чем во время недавнего «испытания» наших с Дафной стремлений в зельеварении. Мягче, но жестче, чем когда лишь в субботу были дополнительные зелья. Снейп, получивший карт-бланш на ингредиенты и программу обучения, взялся за нас с энтузиазмом, а главное — мы его не подводили. Вот, банальный пример этого энтузиазма — демонстрация простых зелий мастерского уровня. Казалось бы, что тут такого — вари себе по рецепту, да корректируй немного процесс в случае необходимости. А оказывается, что мастерское зелье от ученического, даже идеально сваренного по рецепту, отличается как небо и земля.
По мере занятий, Снейп пояснил нам своё отношение к учебной программе Хогвартса, навязанной министерством, а в особенности — по зельям. Программа эта подразумевает то, что и должна делать школа для учеников — она давала базу. Обучение основам, работа с самыми разными ингредиентами, базовые нюансы их взаимодействия и умение варить по рецепту. Вот только рецепты эти — для супер-новичков, и приставка «супер» здесь не в положительном смысле употреблена. Можно усложнить процесс, использовать несколько иные ингредиенты, дешевле или дороже, готовить быстрее и получить намного более хороший результат. В основном, кстати, процесс только усложняется, скорость готовки увеличивается, а ингредиенты становятся дороже.
— Но нужно понимать, — сказал тогда Снейп, сидя за своим столом перед нами, — что удорожание ингредиентов должно хоть немного соответствовать улучшению качества зелий. Никому не нужно зелье от прыщей стоимостью с хороший дом.
— А нельзя делать зелье дешевле, но сложнее? — я решил не сдерживать любопытство.
— Зачастую — нет, — Снейп отрицательно мотнул головой. — Самые дешёвые рецепты и так приведены в учебниках. Самые дешёвые, самые долгие и самые простые, чтобы ученик мог усвоить самый неоптимальный, но надёжнейший и простейший путь получения зелья с хоть сколько-нибудь значимым заданным эффектом.
— Хм… То есть, когда ученик, допустим, Уизли, не может сварить зелье по рецепту, получается, он запарывает самое простое зелье.
— Именно, — скрывая негодование, кивнул Снейп.
— Всё-таки вам, профессор, хорошо бы в университете каком преподавать, или среди коллег заниматься наукой.
— Вот вырастете и придумаете университет. Только ориентируйтесь на международный уровень, иначе ничего кроме крохотной частной школы не получится. Волшебников слишком мало, а желающих продолжить образование после школы, да на общих основаниях — и того меньше.
— Печально это, — протянула Дафна, помешивая своё зелье в котле — у меня перерыв между фазами готовки, потому и разговариваю.
— А я надеялся, что где-то что-то да есть.
— Нет, мистер Грейнджер. Если образование принять за рынок платных услуг, то к этому рынку применимо ровно то же, что и к другим — спрос рождает предложение. Мне, как профессору, мастеру пары направлений, доступна некоторая официальная информация.
Снейп сложил руки в замок, упершись локтями о стол.
