Нужно было что-то сказать, как-то оправдать свои поступки, но… Слов не было.
Я аккуратно села, стараясь не смотреть в глаза командиру и тихо выдохнула:
– Я… – но договорить мне не дали. Артур внезапно оказался рядом. Слишком близко. Его рука по-хозяйски коснулась моего лица, заставляя посмотреть на него, а после… После было вовсе не до слов. Он поцеловал меня.
На этот раз я воспользовалась шансом и, не раздумывая обвила его шею руками. Вдруг мне больше не представится такая возможность?
Прикосновение к губам… осторожное, мимолётное… Словно он спрашивал у меня разрешения. А когда я сама прильнула ближе, сдерживаться Артур больше не стал. Меня будто волной накрыло, и я потерялась среди бушующих эмоций. Они закружили меня, дезориентировали, но при этом подарили что-то куда большее…
– Ой, прошу прощения, – чужой женский голос выдернул меня из круговорота чувств, заставив вздрогнуть и застыть на месте.
– Мам-м-ма, – несмотря на то, что в этом слове не было рычащих звуков, командир умудрился его прорычать. А я… Замерла, боясь сделать хотя бы вдох. И повернуться было невыносимо страшно.
Что это вообще значит? Какая мама? Как?!
– Всё-всё, я ухожу, – тем временем проворковала женщина. Судя по голосу, она была безумно чем-то довольна. – Просто хотела убедиться, что наша девочка очнулась.
И вышла, судя по тихим шагам.
Артур со вздохом отстранился и вновь уселся на соседнюю кушетку, я же глупо хлопала глазами, пытаясь понять хоть что-то.
– Что… – выдавила сипло а, прокашлявшись, закончила, – происходит?
Надо же, никогда не думала, что такие мужчины, как командир, умеют краснеть. Артур именно покраснел – на скулах обозначился яркий румянец, затронув ещё и шею.
– Прости, – произнёс он, отводя взгляд, – мама у меня, конечно… Излишне деятельная натура.
– Но… – пробормотала, всё ещё ничего не понимая.
– Но, – перебил меня командир, наклонившись и взяв за руку, – она не сказала ничего страшного. Просто ты – моя, и об этом должен знать каждый.
Теперь пришла моя очередь краснеть. Но ограничиваться скулами и шеей я не стала, покраснела вся – от кончиков волос, до кончиков пальцев. Горячая волна ухнула вниз и замерла где-то там, где и моё испуганное сердце.
– Я не понимаю, – произнесла и зажмурилась.
– Одри, я не силён в признаниях, как-то не доводилось мне в жизни практиковаться в этом. Просто хочу сказать, что встретив тебя, я потерял покой, и… Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Предложение было… неожиданным. И я растерялась, не знала, что сказать. Лишь смотрела в глаза самому невероятному мужчине, которого когда-либо встречала и молчала.
– О, ты очнулась, – на сей раз в палату вошла Аделия. И теперь мои глаза от удивлени буквально полезли на лоб. Выходит, явление матери Артура было не единственным сюрпризом? Или я ещё не очнулась и всё это только мерещится мне?
– Что вы здесь делаете? – просипела, окончательно потеряв нить происходящего.
– Как что? – отмахнулась наставница. – Тебя спасаю. Так и знала, что ты найдёшь приключения на свою…кх-м, голову.
Заминка была с намёком, так что я вновь покраснела, хотя куда уж больше?
– Итак, как ты себя чувствуешь? – подходя с другой стороны кушетки, она требовательно протянула руку, так что я тут же отдала свою ладонь на растерзания.
Вопрос, который задал Артур так и остался без ответа. Он, немного посидев, вовсе вышел. А я… не нашла в себе сил остановить его.
– Он беспокоился о тебе, – сканируя меня магией, наставница умудрялась попутно разговаривать со мной. Я до такого мастерства ещё не доросла.
– Я знаю, – ответила тихо, отводя взгляд.
– Не только, как о подчинённой, – с нажимом добавила она.
– Знаю, – повторила громче и зажмурилась.
Я чувствовала себя странно. Слишком много всего происходило, и я не успевала переваривать информацию. Мне была нужна передышка. Пусть короткая, но всё же передышка. Поэтому я сменила тему:
– Как вы здесь оказались?
Наставница тяжело вздохнула и принялась рассказывать, что получив моё письмо, первым делом они с Винсентом отправились в столицу, чтобы выбить объяснения у Магнуса Кроули – как так могло оказаться, что в тихом и весьма комфортном гарнизоне вдруг разбушевалась тьма, от которой я собралась кого-то там лечить?
С этого всё началось. А дальше закрутилось, завертелось.
Подняли запросы, поступающие от Артура Морригана, и всё стало ещё страшнее и запутаннее.
Как Аделия выбивала разрешение прибыть сюда вслед за отрядом зачистки, она не стала меня посвящать, здраво рассудив, что мне нужно поесть.
Несмотря на то, что я, действительно, была голодна, мне толком кусок в горло не лез. Единственное, что я съела, это одну из конфет, которые командир оставил в коробочке на тумбе. Аделия не стала комментировать мой выбор, и за это я тоже была ей благодарна.
