– Одри Эвертон возглавляла у нас в академии кафедру целительства. В виду того, что она стала злоупотреблять своей властью, ректор уволил её.
Надо же… И голос какой поставленный, и слова подобрал правильные. Сильвервуд далеко пойдёт, вот только не благодаря своим талантам, а из-за отцовских связей и маменькиного скандального характера.
– Хм, – постучав пальцем по подбородку, произнёс лорд-командующий, – и в чём же заключалось это злоупотребление?
Я не видела лица гадёныша, но была уверена, что по его губам скользнула довольная усмешка:
– Злоупотребление заключалось в том, что Одри Эвертон, эм… – сделал вид, что ему неудобно говорить, но продолжил: – Она совращала студентов, а взамен обещала отличную оценку на экзамене.
Очень смешно… И как у него только язык повернулся такое сказать? Впрочем, того тягостного чувства, которое я испытывала в первые мгновение всего произошедшего, больше не было. Я будто бы по-другому посмотрела на эту ситуацию.
Да, меня оболгали, но… Моя совесть чиста. И вряд ли её смогут запятнать чужие лживые речи.
Отец Артура смог всех удивить – вместо того, чтобы рассердиться, он попросту рассмеялся – громко и искренне, а потом, когда, наконец, смог говорить, выдавил:
– И что? Кто-то прям сопротивлялся? Да я бы, на вашем месте… – он не договорил, бросив на меня весьма выразительный взгляд. Красноречивый такой, с подчёркнутым мужским интересом, но при этом не переходящим границы никаких приличий.
Витор явно не ожидал такого поворота, беспомощно оглянулся, будто только сейчас подумал о том, что не все могли быть против «таких» отметок, скривился, а обернувшись, принялся распаляться:
– Лорд-командующий, я лишь за четную оценку моих знаний! Я не приемлю никаких поблажек, тем более, – намеренно выдержал паузу, – таких. Моральный облик преподавателей так же важен, как и…
– Остановись, – усмехнулся отец Артура, но глаза его при этом нехорошо блеснули. – Вот всё хорошо, боец Сильвервуд, и рвение ваше прекрасно, и борьба за чистоту рядов, но… – пауза от лорда-командующего была куда внушительнее и тяжелее, чем потуги мальчишки в этом же направлении. – До меня дошли другие слухи.
Витор сжал руки в кулаки, но тут же расслабился и совершенно искренним тоном поинтересовался:
– Да? Если можно, то я хотел бы знать, что это за слухи.
Вот ведь… Змей! Сколько же в нём подлости?
У меня у самой сжались кулаки, и захотелось на манер наставницы подойти к этому избалованному глупцу и отвесить ему пощёчину. И не одну…
Рука Артура опустилась мне на плечо, и я украдкой обернулась.
– Всё хорошо, – одними лишь губами прошептал он и я, что удивительно, смогла вдруг расслабиться.
В этой палатке ни от кого, кроме Витора и Кайла, я не чувствовала угрозы. Странно, но мне начало казаться, что эта встреча затеяна не для того, чтобы вывести на чистую воду аморальную целительницу, а для чего-то другого. Осталось понять, для чего именно.
По губам лорда-командующего скользнула холодная усмешка, и он произнёс:
– Говорят, что вы не так уж и хороши для элитного отряда, куда так рвётесь. И что оценки по некоторым предметам вам безбожно натягивают. Что можете сказать на это?
Витор тут же выпалил:
– Что это ложь!
– Раз это ложь, и вы с Кайлом в самом деле являетесь лучшими студентами курса, то вы же не против, если она будет, в числе остальных членов комиссии, принимать у вас экзамен?
Сказанное было шоком не только для золотых мальчиков, но и для меня.
В палатке повисла тишина… Давящая, ломающая и подчиняющая.
Такого поворота, кажется, не ожидал никто. Разве что мужчина в плаще – мне почему-то почудилось, что под капюшоном блеснула улыбка. И улыбка эта показалась мне знакомой…
– Для вас же это не проблема? – бросил отец Артура, будто забил последний гвоздь в крышку гроба.
– Не-е-ет, – процедил гадёныш, – не проблема.
– Отвечай по форме, боец, – командующий скучающе взмахнул рукой.
– Так точно, – вытянулся Витор, а вслед за ним и Кайл, – не проблема.
Мужчина громко хлопнул в ладоши и произнёс:
– Вот и отлично, можете идти к порталу. Вам стоит подготовиться к экзамену. Не разочаруйте меня.
Последнее было сказано с нескрываемой издёвкой, но никто из мальчишек не посмел и слова против сказать. Только идя к выходу, Витор не удержался и бросил на меня взгляд, полный злости, я же, будто в меня кто вселился, послала ему в ответ улыбку. Многообещающую… Хотелось ещё бросить, мол, помнишь, я обещала вернуться и вот, вновь встала на твоём пути. Но промолчала. Мелочно это.
А стоило им выйти, как я чуть покачнулась и тут же попала в объятья Артура. Оказывается, очень сложно играть роль уверенной и независимой, когда к тебе приковано столько внимания.
– Ты чего, мышка? – подал голос мужчина в углу, и я только тут поняла, почему улыбка показалась мне знакомой.
Лестер Хайд!
