– Ты вообще не слышала, что я тебе говорила? Таких подснежников больше нигде нет! Да и как ты собралась их выращивать? Эту теплицу питает силой двадцать три ведьмы, чтобы поддерживать в ней комфортный климат. Дам я две луковицы, ты их посадишь, они погибнут. Кому от этого будет польза? На вот, держи. – Люсия грубо сунула мне в руки мешочек с тремя стеблями. – Этого хватит.
Она бросила нож на землю и двинулась на выход, а я беспомощно смотрела ей вслед. Не хватит мне трех цветков! Злость вскипела в груди. Я быстро наклонилась, схватила нож и нарезала целый пучок сочных, ярких подснежников. Пока Люсия виляла бедрами, шагая по узкой тропинке, я сбегала к столам, поменяла мешочки. Маленький оставила в ящике, а большой набила растениями. Пусть Люсия только что-нибудь мне скажет! Да, я не имела права воровать, но она ведь просто пожадничала! Хотела досадить мне, почему?
Мешочек я сжала в руках, так сильно, чтобы со стороны он был похож на небольшой. Нет желания ругаться с тетушкой, а вот убраться отсюда поскорее очень хочется!
Я бегом догнала ее и перешла на шаг.
– Свечи мне все-таки нужны, – сказала я, огибая тетушку. – Проводи меня, пожалуйста.
Оставлять их с Риддлом вдвоем я бы не стала. Пусть идут следом!
Люсия недовольно цокнула языком, но не отказалась. Сама ведь предложила мне свечи, поздно брать свои слова назад.
В свечной мастерской оказалось жарко. Громадная печь пыхала жаром, на плите стояли чугунные котлы с плавящимся в них воском. Во главе длинного стола, заставленного глубокими мисками с сухоцветами и коробками с готовыми свечами, сидел мужчина приятной наружности, с добрыми глазами, уже довольно старый. Я бы даже сказала – дряхлый. Седые волосы, собранные в пучок на затылке, были такими редкими, что легко просматривалась кожа головы. Он неторопливо раскатывал мягкий воск в тонкие колбаски, а из этих колбасок скручивал свечи, предварительно вываляв их в мисках с сухими травами.
Я наблюдала за ним незамеченная, пока в мастерскую не влетела Люсия.
– Дмитрий, познакомься – моя племянница Анкари.
Старик медленно поднял голову. Посмотрел на меня невидящим взглядом и вдруг подпрыгнул. Я решила, что он, как и все остальные, удивился моему приезду в имение, но нет – Дмитрий бросился к печи, где воск в котелках начал закипать. Он перелил воск в деревянные кадки, а в котлы набросал куски ароматной вощины и вернулся за стол.
– Дмитрий, – снова обратилась к нему Люсия. – Выдели, пожалуйста, для Анкари несколько свечей.
Дмитрий молча кивнул на одну из коробок. Наше присутствие ему не нравилось.
Я набрала столько свечей, что часть из них даже не поместится в мою шкатулку с ведьмовским наследством. Здесь всем заведовал Дмитрий, не Люсия, и она не стала мне перечить. Нервничала, конечно, и тяжело вздыхала, когда видела, как я кладу в пустую коробку очередную свечу. В уголок я поместила мешочек с подснежниками, чтобы прикрыть его.
– Зачем тебе так много? – не выдержала Люсия. – Весь север заколдовать собралась?
– Я не планирую сюда возвращаться, – бросила я через плечо. – Других ведьм, кроме меня, за завесой нет. Точнее, я их не знаю.
– До имения не так уж и далеко. При желании ты всегда можешь к нам прийти.
– При желании, – усмехнулась я. О том, что желания такого я не имею, говорить не стала.
Я довольная тащила тяжелую коробку на выход из мастерской. Там передала ее Риддлу, чем вызвала еще большую ярость у Люсии. Молчаливую, к счастью – тетушка метала в меня молнии глазами.
– Где настойки длительного хранения? – спросила я, осматриваясь в саду.
Повсюду оранжереи, теплицы, грядки, клумбы, деревья – множество деревьев самых разных видов. Плодовых в особенности, но большинство их них – яблони.
– Тоже закончились? – недовольно спросила Люсия. – В замковых подземельях. Им нужна темнота, тебе ли не знать. Хотя откуда – вы с Морганой наверняка жили в хлипкой избушке, где не нашлось бы места для хранения настоек, которым требуется темнота.
После слов «в замковых подземельях» я слушала тетушку вполуха и торопливо шла к замку. Оставалось набрать настоек и ядов, которых в условиях деревни за завесой мне никогда не изготовить самой, и тогда можно уезжать.
После знакомства с тетей мне были неинтересны другие мои родственники. Никто из них меня не знает, разве что слышал из чьих-либо уст. Думаю, и им знакомство со мной никакой пользы не принесет, разве что отвлечет от куда более важных дел.
Незачем тратить время – и их, и мое.
В прохладе подземелья я покрылась мурашками. После жаркой улицы я замерзла вмиг, и даже зубы застучали. Люсия шла впереди, подсвечивая дорогу крошечным фонариком, который она взяла у Холланда.
– Веди себя тихо, – сказала она, когда мы спустились в темные коридоры. – Здесь на всем развешаны заклинания.
А я шуметь и не собиралась, чего нельзя сказать о тетушке. Каблуки ее туфель так звонко стучали по каменному полу, что эхо от этого звука разносилось далеко в глубь подземелья и долго не затихало.