— Хорошо. — Он посмотрел на Себастьяна. — Командир Вайерд, с этого дня вы можете свободно перемещаться по территории столицы. Но хотелось, чтоб еще ближайшую неделю вы были в доступности двух часов. Касается обоих. После спокойно можете отправляться в отпуск. Но с территории империи ни ногой.
— Да, сир.
Эрг Фот еще раз кивнул, бросил взгляд на стол. И развернулся к выходу.
Себастьян с Энвором незаметно переглянулись. Было странным, что император лично пришел сказать о снятии запрета. Подобное обычно передавалось через посыльных. Но он пришел сам. Он хотел выяснить что-то для себя?
Аксен вдруг остановился.
— Мисс Дорика все же приходила? Это же не ваши? — он кивнул на туфли, что стояли у двери. Девушка забыла их, покидая комнату.
Эрг Фот развернулся к ним.
— Да. Она заходила попрощаться.
— Понятно, — задумчиво произнес он, закинул руки за спину, сцепил пальцы в замок. Прямо посмотрел на брюнета. — Мне интересна истинная причина, Себастьян. Почему один из лучших солдат, всегда точно и в срок, выполняющий работу, вдруг нарушает приказ? И слова вроде "жалость" я за ответ не принимаю.
Себастьян опустил взгляд. И вновь разговор возвращается к Аэтель. Почему опять к ней? Казалось, злость только улеглась. Но нет. Стоять прямо уже получалось с трудом. Хотелось рвать и метать. Но срываться при императоре он не имел права.
— Она помогла мне. Я отплатил тем же, — коротко ответил он.
— Этого нет в твоем отчете.
— Это не относилось к работе.
Брови императора поползли вверх.
— Я бы послушал, что за ситуация вдруг случилась, что Стражу понадобилась помощь от хрупкой девушки.
— Нарвался на ядовитое растение. Она лечила меня, когда началась лихорадка.
— Она врач? Я думал, она в цирке выступала.
— Она… травница.
— Насколько знаю, травников почти не осталось в империи. Медицина справляется быстрее настоев и отваров. И не слишком ли мисс Дорика молода для этого?
— С детства она жила с бабкой. Та ее всему научила.
— Травница, значит, — Аксен задумался, опустив взгляд и потирая подбородок. Посмотрел на Вайерда. — И хорошо во всем этом разбирается?
— Насколько я мог понять, да.
Себастьян настороженно смотрел на мужчину. К чему такой интерес?
Эрг Фот посмотрел на Энвора.
— Капитан Марин, завтра с утра жду вас у себя. Я сообщу время. — Он кивнул мужчинам. — Всего хорошего.
— Что это было, черт возьми? — удивленно пробормотал Энвор, как только дверь за императором закрылась.
— Хотел бы я и сам знать.
Февраль
Прошло уже больше месяца, как Эрг Фот оставил Аэтель в доме на побережье под присмотром молодой супружеской пары. Девушка отчетливо ощущала их присутствие рядом и понимала, что обо всех ее действиях докладывалось кому надо. Это нервировало. Они жили в одном доме. И приходилось привыкать. Несмотря на то, что прислуга относилась к ней доброжелательно, Дорика сторонилась их. Девушка ничего не могла поделать с этой неприятной ситуацией.
Мужчина и молодая женщина. Тецу и Сорико Ву.
Даже если не обращать внимания на внешность, акцент с которым они говорили, выдавал, что они приезжие. Оба были черноволосы и темноглазы. У Тецу более прямой нос и брови, чем у женщины. У Сорико более мягкие черты лица. Мужчина невысок и жилист. Сорико была ростом с Аэтель. По возрасту женщина была старше девушки на несколько лет.
Мужчина занимался уходом за прилегающей территорией с садом и другой физической работой, помогал иногда жене по дому. Женщина наводила порядок, готовила на всех. И следила за удобством Аэтель.
Первые несколько дней Дорика ругалась, не желая признавать, что она не гостья, а пленница. Но понимала, что от супругов ничего не зависело. И перестала затрагивать эту тему. Позже Сорико со смешным акцентом просила ее кушать, считая, что Аэтель плохо питается для ее положения, чем может навредить ребеночку. На слезные мольбы женщины, что ее будут ругать и накажут, девушка не реагировала. Чтобы убедить миссис Ву, что много еды ей не нужно и она не голодает, у Аэтель ушла еще неделя. Сошлись на том, чтобы Сорико говорила в своих отчетах то, что ей захочется. Но иногда женщина все равно бубнила под нос, что ребенку не хватает питания, поэтому и живот у мамочки еще маленький. Аэтель лишь качала головой. Она чувствовала себя хорошо. Как и ребенок, который уже проявлял активность — она начала чувствовать его активные движения внутри себя. А приходящий врач лишь подтверждал это.
