Как и мне. Нужно многое обдумать, взвесить последствия своих решений. Я не ожидал, что парни набросятся на меня с вопросами о голове и будущем. Не рассчитывал, что Джош заговорит со мной о Винни. Вечер выдался тяжелым, если не сказать больше.
Поворачиваюсь лицом к гостиной и замечаю, что Хорнсби и Тейтерс играют в шахматы, а Холмс и Поузи читают. Похоже, Холмс начал книгу, которую ему подарила Винни. Я бы обрадовался такому повороту, если бы не желание вырубить его хуком справа. Да и всех их… Меня так и тянет подраться. Понимаю, парни защищают меня, но они даже не представляют, каково мне от их благих намерений. Они не знают… черт, они понятия не имеют, насколько чертовски страшно мне сейчас. Я еще слишком молод, чтобы заканчивать с хоккеем, у меня в запасе куча времени.
Когда я прохожу мимо, парни все, как по указке, смотрят на меня.
Я могу проигнорировать их, но все же сообщаю:
– Я заказал самолет. Предлагаю оставить меня в покое, пока я сам не напишу вам.
– Не стоит злиться на нас, мы просто переживаем за тебя, – говорит Тейтерс.
– Я могу злиться на что хочу.
– Нет, если хочешь, чтобы я отвез тебя в аэропорт, – говорит Хорнсби, перемещая свою ладью на доске. Адресует мне милую улыбочку. – Увидимся утром, сладкий.
Не отвечаю, просто иду к комнате Винни и тихо стучу.
– Войдите, – кричит она.
Открываю дверь и быстро закрываю ее за собой, отгораживаясь от ребят. Я злюсь, но как только вижу Винни, гнев рассеивается.
Я прислоняюсь к двери и изучаю Винни, она сидит, скрестив ноги на своей кровати, в одной руке блокнот, в другой ручка. На ней пижама – шелковые шорты и майка, а светлые волосы заплетены в две французские косички. Чертовски очаровательное зрелище.
– Привет, как дела? – спрашиваю я.
Она улыбается, и на этот раз улыбка искренняя.
– Хорошо. Перечитывала старый мамин дневник, снова почувствовала связь с ней. Как ты себя чувствуешь?
– Намного лучше, – честно отвечаю я. Еще одна причина, по которой я не хотел идти к доктору – мне лучше. Эта мигрень длилась не так долго, как другие, раньше я страдал целые сутки, а иногда и дольше. И я раздражен, что парни даже не обратили на это внимание, а просто начали бросаться угрозами.
– Отлично. – Она кладет блокнот и ручку на тумбочку и хлопает по кровати, приглашая меня присоединиться. Винни выглядит такой счастливой, что кажется, сообщив о своем отъезде, я лишу ее хорошего настроения.
Понимая, что надо рассказать ей о своих планах, нельзя просто уйти и надеяться на случай, я присаживаюсь на ее кровать.
– Хотел кое-что обсудить с тобой.
Она хмурится.
– Что такое?
Я чешу затылок.
– Завтра я должен лететь в Ванкувер.
– Ого, зачем?
– Парни переживают из-за моей мигрени. Они сообщили о приступе врачу команды, он сказал, надо пройти несколько тестов. Я не хотел ехать, но Холмс пригрозил, что расскажет тренеру, так что… Пришлось заказать частный самолет, не планирую задерживаться там надолго, но уехать придется.
Винни сжимает мою ладонь.
– Пэйси, думаю, ты принял правильное решение. Поверь, травма головы – это не шутки. Моя мама долгое время не обращалась к доктору, и я всегда гадала, а как бы все сложилось, если бы она начала раньше заниматься своим здоровьем. Смогли бы они помочь ей, если бы она пришла к ним раньше.
– Да, парни настроены категорично, хотя я не в восторге. Этот приступ был не таким сильным, как некоторые другие.
– Они переживают за тебя, так что не злись на них.
– Я беспокоюсь о тебе, твоих дальнейших планах, – честно признаюсь я.
– Ну, я все обдумала, и хотя мне понравилось здесь, после разговора с дядей Эрджеем мне здесь делать нечего. Не волнуйся, я не собиралась сбегать, не предупредив, но думаю, после того как увижусь с ним, вернусь в Сиэтл.
– Что? – спрашиваю я, мной овладевает паника. – А как же желание найти себя, почувствовать связь с мамой, понять, куда двигаться дальше?
– Хотя идея не лишена смысла… – Винни не смотрит мне в глаза. – Я не чувствую ее здесь.
– Так ты возвращаешься в Сиэтл? Ты же говорила, что решила устроить себе приключение, а вряд ли неделю вне дома можно назвать приключением.
– Эй, – она убирает руку, – разве можно определять временные рамки для приключений?
– Можно, если ты меняешь сроки. Если это из-за моего отъезда, то я очень быстро вернусь.
– Я приняла это решение еще до того, как узнала, что ты уезжаешь, – отвечает она.
– Не понимаю. – Я отвожу взгляд. – Что изменилось за это время?
Винни отвечает не сразу. Я слышу, как вибрирует ее лежащий на покрывале телефон, и когда смотрю на него, она переворачивает экран.
– Честно? – спрашивает она.
– Да, честно.
Она откидывается на спину кровати и скрещивает ноги, но затем подтягивает их к груди. Оставляет между нами достаточно пространства, чтобы я понял, к чему все идет.
– Я буду говорить искренне, потому что так поступают взрослые, но чтобы ты знал, для меня это непросто, обычно я так не делаю.
