Хлесткий удар по щеке толчком вернул к действительности, вырвав из ледяного ада на мгновенье.
– Смотри на меня! Смотри! – Морщась, будто от боли, кричал Варук, усиленно встряхивая меня за плечи. – Таша, ты меня слышишь?! Что случилось? Таша, скажи! Таша!!!
– Не могу... – Хриплое карканье, вырвавшееся из сведенного судорогой горла, было так не похоже на мой голос, что я криво улыбнулась.
Надо же... У меня был голос... Другой... До того как...
Отступившая на секунду пронзительная, едкая боль с воодушевлением вгрызлась в сердце и радужные крылья полуживого чуда в глубине разодранной в клочья души.
– Нет!!!
Еще один удар, теперь уже по другой щеке. Но мне все равно. Больно... как же больно... Ноги подогнулись, и я тряпичной куклой обвисла на руках у Варука... Спасительная темнота беспамятства подступала все ближе и ближе, когда в голове раздался горький, судорожный всхлип. Что?
Орк в очередной раз встряхнул меня, голова дернулась. Кажется, он что-то говорил, но... И тут я увидела совсем-совсем близко огромные тускложелтые глаза Шаксус-Джера, а в них слезы. Прозрачные капли одна за другой стекали вниз по гладкой алой шкуре и падали на пол.
– Аля...
– Ташенька, Таша, не уходи, пожалуйста!
– Аля?!
– Пожалуйста...
– Аля!
Когда я дернулась в сторону Шаксус-Джера, Варук выпустил меня, и я практически повисла на шее у Альки. Ноги не держали абсолютно.
– Бедная моя, что с тобой?!
– Таша, ты... Ты можешь ничего не говорить, только не уходи!!! Я уже все блоки сняла и. все равно, не слышу тебя, понимаешь?!!
Вытирая мокрую морду непослушными ледяными пальцами, я оглянулась на Варука. Он молчал, бессильно опустив руки, но и его глаза подозрительно блестели. На его кровати в полушаге от меня медленно таяли мелкие кусочки льда. Откуда? И почему... Почему-то вся моя рубашка была мокрой насквозь. Даже спина... Ничего не понимаю. Даже если мы все тут рыдали в три ручья, это ничего не объясняет. Не на спину же! Чувствуя, как вместе с сознанием возвращается и тоска, я до крови прикусила губу. Помогло.
– Варук... Сколько нам нужно времени, чтобы собрать припасы, одежду, транспорт какой-нибудь и уехать отсюда?
– Около часа.
– Братик, пожалуйста...
– Я понял. Не нужно ничего объяснять. Я могу оставить тебя сейчас? Короткие, рубленые фразы орка сказали куда больше, чем могла бы разъяснить длинная пространная речь. Сочувствие и понимание было во взгляде, но и на секунду Варук не позволил им отразиться в голосе. Ни им, ни жалости. У меня самый лучший брат на свете.
– Мне нужно умыться и привести себя в порядок, если ты не против. Можно я воспользуюсь твоей ванной?
– конечно, сестренка.
– Спасибо. Варук, прости ме...
– Не стоит. Таша, я – эмпат. Я тебя слышал.
– Ты... Ты мысли читаешь?
– Нет. Эмоции, чувства.
Меня бросило в дрожь. Судорожно сглотнув, я отвернулась.
– Варук... Не говори, пожалуйста, Дирнуту и... Хартаду тоже не говори, что мы уезжаем.
Прижав алчную тварь, по имени «Тоска» коленом к полу, а почувствовала как будто от удара, пошатнулась Алька. Значит, слышать меня она не слышит, но чувствует? Так дело не пойдет.
Вспомнила курс психологии из института и представила себе кирпичную стену. Добавила по верху колючей проволоки, внизу бетонный пол и сетку-рабицу под током сверху. Это моя тоска и моя боль. Я больше не выпущу их наружу. Не хочу, чтобы из-за моего идиотизма страдали окружающие. Тем более самые близкие и дорогие.
– Таша, он... – Орк замялся, подбирая слова. – Он тебя обидел?
– Обидел? – Я горько рассмеялась. – Нет!
Хартад... Хартад не обидел меня. Растоптал, унизил, но не обидел. Просто убил радужное чудо, поселившееся в душе. Только вот, несмотря ни на что, злиться на Хартада не могу. А должна, не то что злиться – ненавидеть, но... Не могу. Понимаю, что он предал меня, обманул... Все понимаю, а ненавидеть его не могу. Такое не лечиться. Ну да, я – клиническая идиотка.
Даже сейчас я... Я все равно люблю его. И уже готова понять. Хотел меня использовать как источник магии? Ну, так что ж? Он заботился о своем народе. Обманул? Ничего. Это ради блага его страны.
Понять-то я могу. Даже простить, наверное, смогу когда-нибудь, но вот видеть его, слышать... Нет! Ни за что!!!
– Таша, ты...
– Со мной все будет хорошо. Алька присмотрит за мной, а я за ней. Слушай, а у нас деньги на провиант есть? Если нет, то у меня случайно оказался с собой накопитель из Харрута. Можно попробовать продать.
– Не беспокойся, сестренка. Денег у нас достаточно.
Орк уже практически вышел из комнаты, когда я, отцепившись от Альки, бросилась ему вслед и обняла, прижавшись изо всех сил.
– Спасибо. Спасибо тебе, братик. Что бы я без тебя делала?!
– Ничего... – Погладив по волосам, Варук поцеловал меня в макушку как маленькую. – Все будет хорошо, сестренка. Все будет хорошо...
И напоследок стиснув меня до хруста в ребрах, он развернулся и быстро ушел.
Видимо мои неуклюжие попытки заблокировать сознание некоторый эффект все же имели. По крайней мере. Алька перестала вздрагивать каждый раз, когда меня накрывало давящей пеленой разочарования, тоски или боли. Да и глаза у нее посветлели немного.
