Курсы проходили в Литтл-Рок, три раза в неделю, с восьми утра до двенадцати дня и после полудня, до вечера. Можно было выбрать удобное время. Грэм решил попробовать.
Новая девушка-продавец, которая иногда попадала с Грэмом в смену, оказалась неприветлива и не разговорчива, потому ему приходилось целый день наблюдать, как она пялится в зеркало или трещит по телефону с подружками, обсуждая новые шмотки и парней. Со своим сменным Грэм вообще никогда не встречался и понятия не имел, кем тот был. Горожан, как таковых, он не воспринимал точно так же, как они не воспринимали его и обиженным совсем себя не чувствовал.
Кейт курсы ландшафтного дизайна порадовали. Она приняла на ура такое решение и даже предположила, что после их окончания, он мог бы найти работу в Литтл-Рок.
К его собственному удивлению, никто не смотрел на него косо ни из-за возраста, ни из-за судимости, о которой Грэм сразу же сказал.
Однажды, придя на работу, Грэм увидел за прилавком Энжи. Девушка раскладывала товар на полках.
— Ты почему сегодня вновь тут? — удивился он. — Марта опять заболела?
— Нет. Я теперь буду работать только в вашу смену, — улыбка Энжи показалась ему неискренней, если не сказать фальшивой.
— Ясно. А Рой есть?
— Да, у себя, — кивнула Энжи, возвращаясь к работе.
Грэм прошел в кабинет Пруитта и перебросившись парой привычных фраз спросил:
— А почему Энжи теперь только на моей смене?
— А что! Какие-то проблемы? — Рой подвинул очки на кончик носа и посмотрел на него.
— Да нет. Просто спросил, если ты так решил, то почему?
— Не я. Она сама попросила. Вчера я заехал перед закрытием, она пришла сюда и спросила, не мог бы я составить новый график, где бы она работала только в твою смену. Я спросил, в чем дело, на что она ответила, что с Кауфманом они не могут найти общий язык и ей трудно. Я хорошо знаю Энжи и не думаю, что это какие-то ее заскоки. Кауфман молодой парень и возможно оказывал ей знаки внимания, которые ей оказались не очень. Кто эту молодежь сейчас поймет, — рассмеялся Рой.
— Да. Наверное, — задумчиво ответил Грэм. — Ладно.
— Если что, ты говори.
— Нет. Все хорошо, — Грэм улыбнулся и вернулся в торговый зал, но странные сомнения уже не покидали его до конца рабочего дня.
========== Глава 5 ==========
— Не поможете мне? — Энжи взобралась на стремянку и сортировала товар на верхней полке, напевая в унисон, приглушенно звучащей из динамиков, попсовой песенке про неразделенную любовь.
Грэм отложил журнал с кроссвордами и подошел к ней:
— Почему раньше не сказала? Сижу же без дела.
Наклонившись, он стал подавать ей герметичные лотки с кукурузой и спаржей.
Энжи улыбнулась и поставила очередной лоток, придерживаясь за край стеллажа.
— Ты осторожнее — стремянка шатается, — предупредил Грэм, вновь склоняясь к ящику.
— Да я тысячу раз уже… — мягкие резиновые колпачки на ножках конструкции скользнули по полу, когда Энжи вновь наклонилась. Девушка взвизгнула и рухнула на пол.
Грэм выронил лотки обратно в ящик и бросился к ней, упавшей на спину.
— Господи! Цела?
Энжи мотнула головой, еще сильнее растрепав волосы. В ее глазах застыли слезы.
— Ну, как же так? Я же… — Грэм присел рядом с ней и заглянул в глаза. — Встать можешь?
— Не знаю. Лодыжка болит, — Энжи изо всех сил пыталась не расплакаться.
Грэм видел, что ей больно, но помочь ничем не мог:
— Я вызову скорую.
— Не нужно. Принесите пожалуйста из морозилки курицу, — Энжи виновато улыбнулась ему.
— Сейчас. Но давай вначале я усажу тебя на стул, — после секундного колебания он поднял ее на руки и подошел к столу.
— Вам не тяжело? — смущенно спросила она.
— Тебя донести мне сил хватит, — пошутил Грэм, вдыхая аромат ее духов. — Вот так. Осторожно, — усадив ее на стул, он подошел к морозильной камере и, вытащив замороженную курицу в полиэтиленовом пакете, вернулся к Энжи.
— Спасибо, — взяв ее, Энжи попыталась приложить ту к адски болевшей лодыжке, но тихо ахнула. — Я как-то вначале спрыгнула на ноги, а потом уже упала.
Грэм присел возле стула и взяв из ее рук курицу, приложил к уже немного опухшей лодыжке:
— Я виноват. Мне следовало придержать стремянку.
— Нет. Мне следовало вас послушать и слезть, чтобы отодвинуть ее дальше, — отмахнулась Энжи.
— Как бы то ни было, но ногу ты повредила.
— Уже почти не болит, — она увлеченно разглядывала его руки — со вздутыми венами и длинными пальцами, заботливо придерживающими ее ногу, и его волевое суровое лицо с аккуратной бородкой, устремленное на ее лодыжку.
— Да, конечно. Не болит, — хмыкнул он. — Энжи, нужно показаться врачу. Закроем магазин и я отвезу тебя в больницу.
— Не нужно. Ну что Вы, — попыталась отказаться она.
— Нужно. В противном случае я позвоню Люси, пусть она сама отвезет тебя, а я тут все закрою, — не успокаивался он.
— Нет. Лучше Вы уже, — Энжи вздохнула.
— Договорились.
— Думаю, с лодыжки достаточно, да и с курицы тоже, — пошутила Энжи. — Отставьте ее, я заплачу и заберу домой.
Грэм кивнул.
Как только часы показали десять вечера, Грэм опустил жалюзи, выключил свет и подошел к ней:
— Готова?
— Нет, но что поделать.
— Я отнесу тебя к машине.
