— Э-э… Коготь… Пусть великая Тьма будет благосклонна к тебе, — сквозь зубы процедил Мурлок, недовольный, что ему помешали.
— Пусть великая Тьма будет благосклонна к тебе, — эхом повторили оба адепта.
Коготь склонил голову в приветственном жесте, а затем небрежно оттолкнулся от стены, и медленным шагом, не спеша, направился к Мурлоку, все еще держащему Селену за горло.
— С каких пор ты перестал чтить кодекс, если позволяешь себе в открытую нападать на адептов Пути? Или ты думаешь, что являясь любимчиком Наставника Рейна, для тебя он не писан? — лицо Когтя было белее гипсовой маски.
— Тебя не касается, Коготь. Будь добр, не вмешивайся.
— Ошибаешься. Все что касается Селены, затрагивает и меня.
— Смелое заявление! Ты взял ее под свое крылышко? Интересно, в обмен на что… — Мурлок скривился, довольный своей поддевкой, и попытался разжать руку, держащую горло девушки, но не тут то было… Он в замешательстве рванулся, но рука будто бы прилипла. И еще, кончики пальцев побелели, будто от них отхлынула кровь. Мурлок напрягся, сконцентрировался, соскользнул в астральный транс… И обомлел от увиденного.
Девушку окружало какое-то неясное бледно-розовое сияние, которое проскальзывало сквозь ее ауру, как вода сквозь сито, не причиняя вреда. Но самое страшное было в том, что это сияние не исходило от девушки, а наоборот, впитывалось ею! При этом странный браслет, висевший на руке, ритмично мерцал, будто в такт чему-то. А на самом крупном камне, вделанном в браслетик, мерцал Знак, до боли знакомый… И тут его осенило: ритм мерцания — это же его сердцебиение! Браслет — Артефакт-поглотитель жизни, в этом нет никаких сомнений!
— Что-то ты какой-то вялый сегодня, бледный… — заботливо поинтересовался Коготь. — Не простыл ли?
Мурлок кое-как собрался с мыслями, и, тяжело дыша, закричал:
— Ты не вправе! Это запрещено Кодексом! Применение боевых артефактов выше четвертого Риста карается немедленной смертью, и пленом души во Вместилище!
У двоих других адептов мгновенно запульсировали ауры, как от входа в боевой транс, и взлетели щитовые заклятия. В руках у одного из них возник Меч Ночи, а у другого соткался прямо из воздуха бич Безумной Боли…
Селена вздрогнула, и отшатнулась. События приняли непредсказуемый оборот… Теперь либо они с Когтем поубивают всех троих, и скроют все следы схватки, либо… Альтернатива была хуже, чем можно вообразить: многократная смерть, а потом их души скормили бы Бездне…
Коготь демонстративно зевнул, и скрестил руки на груди.
— Что ж, нападайте. Давно никого не убивал.
Селена затаила дыхание. Адепты переглянулись, но остались неподвижны.
— Сиенол, Кринг, — продолжил Коготь, — вы готовы пожертвовать жизнями ради этого труса?
Один из адептов приопустил Меч Ночи, но защита все еще висела, очерчивая полусферу на астральном плане.
— Интересно, почему ты так уверен в себе, Коготь? Это ведь ты снабдил Селену таким "сюрпризом"? И ты думаешь, что тебе спустят…
— Спустят что, Кринг? — перебил его Коготь. — Самозащиту? В данный момент я не проявляю агрессии, и никому не угрожаю… Без необходимости.
— Но Мурлок…
— Мурлок сам виноват. Он захотел взять жизнь моего вассала. Согласно Кодексу, нападение на вассала по клятве приравнивается к нападению на его повелителя. Согласно кодексу, до посвящения жизнь адепта — неприкосновенна, и в случае агрессии, не предусмотренной дуэльными правилами, он может применять меры противодействия, в том числе артефакты независимо от Риста. Учитывая, что данное нападение произошло без предъявления претензий, или Вызова… Я в чем-то ошибаюсь? Поправьте меня.
— …о-н-а… са-ма… напа. ла на меня… в клу…бе ночччью… — прошипел Мурлок.
— Она является твоим вассалом?! — Кринг в недоумении выпучил глаза.
— У тебя проблемы со слухом? — оскалился Коготь, и мысленно добавил, чтобы его услышала только Селена: "Думаю, ему достаточно. Отпускай".
Девушка прикрыла глаза, коснулась разумом браслета, передавая мысленно команду уснуть.
Рука Мурлока безвольно обвисла вдоль тела, а сам он пошатнулся, и осел на траву.
Взгляды всех присутствующих устремились сквозь астральную проекцию к ауре девушки, на которой проступила печать власти, в центре которой светился личный знак Когтя.
— Я думаю, доказательств достаточно? — скривил губы Коготь. — Если кто еще сомневается, задумайтесь: окажись Мурлок прав, я не стал бы тратить время на разговоры, а просто развеял вас троих по ветру, дабы лишний раз не рисковать. Поэтому, уберите оружие, или, — в последних словах зазвучала угроза, — я расценю это как Вызов на поединок. И поверьте, для меня нет разницы, прибить вас поодиночке, или всех разом!
Сиенол и Кринг неохотно втянули оружие под плащи, но не рассеяли, и щиты не торопились убирать.
— Вы что, испугались его? — прохрипел Мурлок. — Да он же блефует! Без своих артефактов, в поединке, он ноль без палочки!
Коготь вздохнул, и грустно проговорил:
— Как он меня утомил… Я заранее прошу прощения… — С притворной неохотой поднял правую руку, сделал пасс, сопроводив его мысленным приказом браслету, и вектором направления на Адептов…
"Десперо!" — произнес он мысленно.
