– Будьте снисходительны, Князев! – внезапно вклинился Астахов. – Девочка хотела как лучше. К тому же в долгу у мира я тоже не остался и позаботился о последствиях. Надеюсь, вы не расстроитесь, если в ближайшем будущем у вас с моим отцом не будет чего-то общего?
Этот дьявол позволил себе растянуть губы в холодной улыбке, привлекая внимание отца. К моей неожиданности, он поддержал это настроение, и по залу раскатился настораживающий смех Князева-старшего, который следом будничным тоном заметил:
– Вот, что бывает, когда дети отбиваются от рук.
Внутренности сжались в дурном предчувствии еще до того, как я получила резкий удар по лицу. И меня оглушило так, что я едва устояла на ногах! Затем, не давая прийти в себя, грубая рука отца впилась в мои волосы.
– Безмозглая шлюха! – выплюнул он мне в лицо вмиг изменившимся тоном. – Ты хоть понимаешь, что натворила!?
Он вновь ударил меня ладонью по виску и щеке. Да с такой силой, что я отлетела в сторону, а в голове поднялся жуткий звон.
Жесткое падение выбило крик из моего горла. Я упала боком на журнальный столик, который треснул от силы удара. Или это были мои ребра?..
Скатившись на пол, я под воздействием инстинкта самосохранения поспешила встать хотя бы на руки и увидела, что отец стремительно приближается.
– Нет!.. Нет! – крикнула я испуганно.
Выставила локоть, за секунду осознав, что он собирается ударить меня ногой! И в его глазах было столько хладнокровия, столько ярости, что кровь застыла в жилах. Я зажмурилась, подобралась, но удара не последовало…
– С дороги! – рявкнул отец.
Резко распахнув глаза, я уставилась на огромную тень рядом с собой.
– Извиняюсь. Без вариантов, – сдержанно пробасил лысый бугай, стеной вставший между мной и чудовищем, которое никак не могло быть моим родным человеком.
Со всхлипами отползая к дивану как побитая собака, я увидела, что к разъяренному отцу подбежал Матвей.
– Отец, не надо! – попросил он, положив руку на мужское плечо.
Наши взгляды встретились. Я буквально молила брата глазами остановить это! И Матвей не отпускал плечо отца. Словно его приморозило к нему. Для брата это было так же дико… Папа ведь никогда и пальцем меня не трогал. Никогда!
– Убогая дрянь! – презрительно бросил Князев-старший, оправляя пиджак. – Ты решила, что достаточно самостоятельна, чтобы действовать за моей спиной?! Значит, и отвечать за все будешь сама! Поняла меня?!
Порезав взглядом моего лысого защитника, отец размашистым шагом направился к Астахову.
– Все еще ждешь предложений, Ярый? – Смачный плевок приземлился к ногам хозяина дома, взгляд которого стал острым будто лезвие. – Вот тебе мое предложение! Она – единственная акция, которая тебе достанется. Распоряжайся и ни в чем себе не отказывай!
Довольный хохот отца раскатился по всему залу.
Я еще не осознавала, что он сказал Астахову. Меня душили слезы, обида и боль пронзала каждую частичку тела. Держась за диван, я с трудом поднялась на ноги, расширенным взглядом наблюдая, как папа в компании телохранителей уходит. Просто оставляет меня здесь, не оборачиваясь! Обернулся только Матвей, но он был не в состоянии мне помочь или утешить меня.
Когда все со стороны Князевых скрылись за дверью, я окончательно впала в состояние шока. Мое тело содрогалось, а с немигающих глаз катились слезы, одна за другой. Я не верила. Этого чудовищного избиения не могло быть на самом деле… Я не верила! Он не мог меня оставить!
В какой-то момент я расслышала, что ко мне приближаются гулкие тяжелые шаги. Атрофированный мозг заставил реагировать, и я перевела заплаканные глаза на Астахова, который остановился ровно напротив меня.
Почему-то в этот момент мне не было страшно. Я не боялась ни за настоящее, ни за будущее. Мое время застыло в одном моменте, когда отец с жестокой уверенностью собирался ударить меня ногой в живот…
– Надеюсь, это входило в твои планы, – сказал Ярый низким напряженным голосом.
И это не прозвучало как издевательство. Это был гневный вердикт мужчины, в планы которого такой исход точно не входил.
Вадим
Багровая капля сорвалась с разбитой губы и скатилась по узкому подбородку с маленькой ямкой. Кровь смешалась с мокрыми следами от слез, которые непрерывно собирались в глазах глупой девчонки. Взгляд ее был такой же сломанный, как и вид. Да. Не столь страшно быть побитой, как быть брошенной. Сука Князев ведь буквально швырнул дочь на съедение волкам.
– Надеюсь, это входило в твои планы, – выдал я беспощадно, глядя в серебряные глаза Рапунцель, сказка для которой сегодня закончилась.
Хотя стоило быть справедливым – Князев даже меня, блядь, смог удивить.
– Рассосались! – недовольно скомандовал Жора, вышедший из зала к охране первее меня.
Равнодушно глядя, как парни начали суетливо расходиться, чтобы от греха подальше не встретиться мне на пути, я прошел к окну возле парадной двери. Оно открывало вид на ворота, через которые как раз в этот момент выезжал караван из трех черных внедорожников.
Жора бесшумно пристроился рядом и, хмуро пялясь в окно, задумчиво изрек:
