И тут до меня дошло – в момент, когда я его обогнала, Солар тоже увеличил скорость, да только опоздал, и его болид задвинуло в горны вместе с грудой металла. А там ему и аннигилятор не особенно помог бы. Надо признать, крутая у Дастина машина, если даже в таких условиях не вышла из строя и сумела его вынести раньше, чем расплавилась.
Я принимаюсь плавно наращивать скорость, готовясь взять последнюю перед финишем контрольную точку. Солар делает тоже самое, но его болид идет рывками и заметно отстает.
Гравитационный пресс, похожий на две половинки гигантского веретена, разрезанного строго по центру, радушно распахивает «объятия» – это видно по погасшему мерцанию на его рабочих пластинах. Последняя контрольная точка находится сразу за ним, придется пролететь между пластинами, которые гравитационными ударами превращают космический мусор в аккуратные брикеты, которые так удобно транспортировать в горн…
Гоню что есть силы, наблюдая, как накапливается энергия, и пластины светятся все ярче и ярче, а к прессу медленно подползает буксир, толкая перед собой торговую шаланду. Точнее то, что от нее осталось. Не желая подождать, пока я пролечу, вталкивает ржавый раритет, который не иначе принадлежал контрабандистам, между пластинами пресса.
Удар!
Буксир цепляет готовый брикет и оттаскивает в сторону как раз вовремя, чтобы мне не пришлось тормозить или сворачивать.
Есть!
Прохожу я последнюю контрольную точку и иду прямо к финишу.
Солар, все еще не сдается и висит у меня на хвосте, дожигая свой двигатель. Своим ходом ему со Свалки уже точно не уйти, и вряд ли кто еще увидит лихого кота на его фюзеляже…
– Эй, Дастин? Кажется, твоя игрушка испортилась. Бросай ее здесь, и бегом наводить порядок. Когда я отпраздную победу и вернусь, чтобы в моем пентхаусе ни пылинки не было!
С этими словами я первой влетаю в финишную рамку и, тормозя, ухожу в разворот. Когда мой болид наконец останавливается, ко мне тут же подлетает непроницаемо-черный скайрос без опознавательных знаков, и сердце падает в пятки.
Отец?
Астральная связь с «Хокком 9000» все еще позволяет мне видеть суть глубже, и мгновенный анализ выдает верные ответы.
Нет, это не отец, это Рейн фон Аделхард.
А он-то здесь какими судьбами?!
– Какого хрена ты приперся и портишь мне вкус победы, Рейн? – рычу я, готовая бороться до последнего.
Не позволю испортить мой триумф!
В победе я даже не сомневаюсь, и не боюсь штрафных баллов, у Солара их намного больше, а одна не пройденная контрольная точка перечеркивает все. Да он и сам знает, что продул по всем статьям. Ехидно улыбаюсь, слушая подозрительную тишину в эфире.
Черный скайрос, блеснув габаритными огнями, приближается к моему, и в общем канале раздается голос Рейна:
– Господа студенты, говорит наставник Академии Астральных Искусств Рейн фон Аделхард. Мероприятие окончено, всем виновникам торжества и им сочувствующим следует немедленно прибыть на посадочное поле академии для объявления результатов, – его голос не только звенит металлом, но сочится сарказмом.
А не смыться ли мне домой, пока еще не поздно? Модуль маскировки мне помо… А нет, поздно!
«Хокк 9000» буквально взрывается сигналами системных сообщений: «Произведен захват судна! Все системы заблокированы!»
Морщусь и отключаю сирены. Ничего уже не поделать, я в направленном гравитационном поле, и не выйдет из него вырваться даже микропрыжком. Впрочем, остатки того, что было болидом Дастина Солара, постигает та же участь, и мы уныло тащимся следом.
– Астрального демона тебе в задницу, Аделхард! – в гневе ударяю кулаком по панели руками.
– Поосторожнее с выражениями, принцесса! – по приватному каналу приходит неожиданный ответ… кхм! Мужа.
– Ты еще и подслушиваешь?! Как смеешь?
– Советую придержать язык, Арелия. Я зол, как сто тысяч тех самых демонов, и не настроен терпеть твои выходки. Могу и передумать…
– О чем ты, канис тебя…
– Ты хоть когда-нибудь думаешь о последствиях собственных поступков? – перебивает меня Рейн. – Если нет, самое время выработать столь полезную привычку. Все просто: сначала думаешь, потом открываешь рот.
Теперь его голос звучит устало, и я проглатываю очередное ругательство. Подавив негодование и злость, прошу:
– Рейн, позволь мне довести дело до конца и поставить точку в споре с Дастином. Если сейчас все замять, получится, что я зря рисковала. Этот гад не признает своего поражения, даже несмотря на то, что у моей победы добрая сотня свидетелей.
С нарастающей тревогой слушаю зловещую тишину в эфире и не выдерживаю:
– Так ты позволишь мне одержать победу над Соларом, Рейн? – слова звучат с надеждой, и я стискиваю кулаки, ненавидя себя за это.
– Я думал над этим, но ты то и дело подталкиваешь меня к отрицательному решению, – наконец отвечает мне муж.
Да он что, издевается?!
Приходится проглотить целую пинту собственного яда, прежде чем получается выговорить то, чего он так ждет:
– Рейн, пожалуйста.
– Что ты сказала, Ари? Какие-то помехи в эфире. Повтори, пожалуйста, громче.
