Хотя оккупация Праги праздновалась в Берлине как великий триумф, в результате этого шага перед Третьим рейхом предстал кошмарный призрак 1914 года – окружения страны с востока и с запада, на что у Гитлера на самом деле не имелось ответа[936]. Тем не менее, как и в мае 1938 г., его непосредственной реакцией стала агрессия. Он приказал вермахту начать подготовку к военным действиям против Польши на тот случай, если он сумеет изолировать эту страну дипломатически. Новые планы ОКБ были предъявлены Гитлеру 1 апреля в Вильгельмсхафе-не во время церемоний, сопровождавших спуск на воду нового гигантского линкора «Тирпиц»[937]. Они предоставляли очевидную возможность для антибританских выпадов, и Гитлер воспользовался ею в полной мере. В своем вечернем выступлении он заразил аудиторию негодованием, напомнив ей о жестокой британской блокаде, и яростно обрушился на лицемерие, с которым британцы сплошь и рядом выказывали свое моральное превосходство, в то время как они силой подчинили себе более четверти земного шара. Недавние попытки британцев заключить союз с Советским Союзом четко указывали на то, какие именно силы действуют за кулисами. «Одна страна за другой вынуждена либо подчиниться еврейско-большевистскому чудовищу, либо защищаться». Мир станет возможен лишь после того, как из международных отношений будет окончательно устранен «еврейский клин». На протяжении следующих недель эта антибританская и антисемитская риторика стала популярной пропагандистской темой, но она нисколько не помогла предотвратить нависшую над Германией реальную угрозу изоляции.
Карл Краух, трудившийся над выполнением Четырехлетнего плана, зафиксировал всю серьезность ситуации в ряде меморандумов о снабжении Германии сырьем в случае войны. Отправной точкой для него служило понимание того, что Германия постепенно теряет способность диктовать темп событий.
Когда 30 июня 1938 г. <••> фельдмаршалом были установлены новые задачи по повышению объемов производства [речь идет о «Новом плане военно-экономического производства» Геринга], казалось, что политическое руководство [Германии] получит возможность в одностороннем порядке диктовать темпы и масштабы политических преобразований в Европе, в то же время избегая конфронтации с группой держав, возглавляемых Англией. Начиная с марта нынешнего [1939] года не осталось никаких сомнений в том, что такая возможность утрачена. Открыто объявленная экономическая война против антикоминтерновских держав, которая уже тайно ведется под руководством Англии, Франции и Соединенных Штатов, со временем примет еще более суровые формы[938].
Вдохновляясь речью Гитлера в Вильгельмсхафене, Краух требовал от исполнителей Четырехлетнего плана, чтобы они не были пассивными зрителями того, как западные державы затягивают удавку на горле Германии. Антикоминтерновский союз Германии с Италией, Венгрией и франкистской Испанией должен быть укреплен и превращен в единый экономический блок, способный на ведение продолжительной «оборонительной войны» («Verteidigungskrieg») против сил «почти всего остального мира» («fast der ganzen iibrigen Welt»). Краух добивался новых колоссальных мероприятий, направленных на создание мощностей по производству синтетического топлива, каучука и легких металлов в каждой из стран, союзных Германии. Лидером в осуществлении этой программы должна была стать промышленность, то есть
