Таким образом, к сентябрю 1940 г. перед Гитлером стояла реальная стратегическая дилемма. Германская армия зарекомендовала себя в качестве чрезвычайно эффективной силы, но это не относилось к флоту и люфтваффе. Германия не могла использовать свое самое мощное орудие против Великобритании. Разумеется, положение британцев было намного более серьезным. Армия осталась без оружия. Королевский флот и Королевские ВВС отвечали главным образом за оборону. Тем не менее Великобритания по-прежнему представляла собой угрозу для Третьего рейха. Блокада, осуществляемая Королевским флотом, по-прежнему болезненно сказывалась на состоянии германского континентального Grossraum[1235]. С тем чтобы нанести удар по самой Германии, британцы осенью 1940 г. приступили к решению такой грандиозной задачи, как строительство воздушного флота из тяжелых бомбардировщиков, с помощью которых Черчилль надеялся «распылить всю индустрию и научную структуру, от которых зависят военное производство и экономическая жизнь противника…»[1236]. По оценкам Королевских ВВС, для достижения этой цели им потребовалась бы воздушная армия численностью не менее чем в 4 тыс. средних и тяжелых бомбардировщиков, что было в четыре раза больше, чем смог бросить Гитлер на Британию в 1940 г.[1237] В том году никто еще не думал о неминуемом британском возвращении в Европу. Вопреки более поздней легенде, Черчилль не мечтал о дне «D». Но произошедшее в июне 1940 г. вступление Италии в войну по крайней мере позволило задействовать сухопутные войска Британской империи против «мягкого подбрюшья» стран Оси. К концу января 1941 г. силы Британской империи разбили итальянскую колониальную армию в Северной Африке и готовились к овладению всем южным берегом Средиземного моря[1238]. Спустя месяц они завершили завоевание итальянских владений в Восточной Африке. Эфиопия была избавлена от кровавого режима, установленного в ней итальянскими завоевателями в 1936–1938 гг. Вмешательство Германии в апреле 1941 г., когда Эрвин Роммель взял под свое начало объединенные германские и итальянские силы в Триполи, снова склонило чашу весов на сторону Оси. Кроме того, вермахт выбил британцев из Греции и захватил Крит при помощи впечатляющего парашютного десанта. Но в стратегическом плане эти триумфы стран Оси были менее значительными, чем подавление британцами в мае – июле 1941 г. инспирированного немцами восстания в Ираке и изгнание ими из Сирии сил правительства Виши. В военном плане эти боевые действия имели сравнительно незначительные масштабы. Но они устранили возможность того, что итальянские, французские и бельгийские колонии в Африке объединятся в единую нацистскую империю, и позволили укрепить британские позиции в жизненно важной зоне Суэцкого канала. Пока Британия контролировала обе стороны Индийского океана, европейская империя Германии и японские владения на Дальнем Востоке оставались изолированными друг от друга. Это, в свою очередь, позволило Рузвельту объявить, что подходы к Суэцкому каналу не являются зоной военных действий, и тем самым устранить юридические препятствия, мешавшие американцам своими силами снабжать войска Британской империи в Египте.
Разумеется, никто не воображал себе, что эти успехи обещают неминуемую победу. Но Великобритания все больше укреплялась в решимости продолжать войну. Для Гитлера же это создавало принципиальную стратегическую проблему. Пока Британия продолжала воевать, у Соединенных Штатов имелись возможности для того, чтобы обратить свою грандиозную индустриальную мощь против нацистской Германии.
II
