Химическое производство почти никогда не оставалось в стороне от инвестиционного бума военного времени. Как мы уже видели, к зиме 1940–1941 гг. среди руководства Рейха нарастала обеспокоенность долгосрочной ситуацией с поставками сырья. Главное место среди проблем Германии занимало неадекватное снабжение каучуком и нефтью. Обе проблемы были смягчены благодаря запасам, захваченным летом 1940 г., но так и не решены до конца. Предполагая, что с весны вермахт снова развернется во всю мощь, военно-экономический штаб предсказывал серьезную нехватку нефти и резины ко второй половине 1941 г. Одним выходом было строительство новых мощностей по производству синтетического топлива, вторым – завоевание Кавказа. В 1941 и 1942 гг. Третий рейх пытался решить обе эти задачи.
Зимой 1940–1941 гг. Карл Краух, отныне став и председателем наблюдательного совета IGFarben, и главным по химии в управлении по выполнению Четырехлетнего плана, снова занял ключевое положение в германской военной экономике[1379]. Как впоследствии отмечал генерал Томас, Краух очень серьезно отнесся к вопросу о «конкуренции с США»[1380]. Поэтому главным для него стало резкое расширение объемов производства синтетического топлива. Вторым приоритетом был каучук. В ноябре 1940 г. Краух потребовал от IGFarben увеличить мощность трех существовавших заводов по производству «буны» и построить четвертый завод на аннексированных польских территориях, где благодаря их удаленности от Ла-Манша можно было не опасаться британских бомбардировщиков. В феврале 1941 г. он поставил цель увеличить к 1943 г. производство синтетического топлива до б млн тонн с лишним по сравнению с уровнем в 4,3 млн тонн, ожидавшимся в 1941 г.[1381] Более долгосрочная задача, впервые выдвинутая в 1938 г., состояла в том, чтобы к 1945 г. производить более 10 млн тонн нефтепродуктов.
