Во-первых, следует подчеркнуть, что к лету 1939 г. Гитлер уже знал, что его попытки осуществить долгосрочную программу подготовки к войне с западными державами провалились. Собственно говоря, это один из главных моментов моей книги. Несмотря на то что в 1938 г. гитлеровский режим попытался ответить на растущее противодействие со стороны западных держав выполнением гигантской программы всестороннего перевооружения и хотя Гитлер и Риббентроп пытались сколотить глобальный альянс, который бы не уступал в масштабах складывающейся западной коалиции, из этих попыток ничего не вышло. К лету 1939 г. усилия немцев, направленные на то, чтобы объединиться с Италией и Японией в тройственный блок, угрожающий британцам, откровенно провалились. Более того, как впервые подробно показывается в нашей книге, военное производство летом 1939 г. серьезно сократилось из-за хронических проблем платежного баланса. Вдобавок Третьему рейху угрожал экономический кризис. Средствами контроля, созданными на протяжении 1930-х гг., несомненно, удалось предотвратить всеобщий кризис, подобный тому, который едва не дестабилизировал гитлеровский режим в 1934 г. Однако в 1939 г. опасная ситуация, в которой находился платежный баланс Германии, не давала возможности наращивать темпы военного производства. Поскольку именно в тот момент ускорили перевооружение и Великобритания, и Франция, и США, и Советский Союз, Гитлер столкнулся с тем, что соотношение сил начало резко ухудшаться значительно раньше, чем он ожидал.
Помимо этого, к немедленным действиям подталкивали и резкие изменения в глобальной дипломатической картине. Стремительная агрессия Гитлера в 1938-м и начале 1939 г. привела к разрушению французского оборонительного кордона в Центральной Европе, опиравшегося на Чехословакию. Однако весной 1939 г., после оккупации Праги, дипломатические фронты были укреплены гарантиями, которые англичане и французы дали Польше и Румынии. Теперь все зависело от поведения двух фланговых держав – США и Советского Союза. Летом 1939 г. решение Сталина в пользу стратегии, основанной на раздувании межкапиталистической войны, изменило баланс сил в пользу Германии. Нацистско-советский пакт гарантировал Германии отсутствие второго фронта на востоке и защищал ее от худших последствий вызывавшей большие опасения англо-французской блокады. Таким образом, можно дать убедительное экономико-стратегическое обоснование принятого Гитлером решения начать войну в сентябре 1939 г. С учетом ухудшавшегося экономического положения Германии и неожиданного благоприятного изменения дипломатического баланса Гитлер ничего не выигрывал от дальнейшего ожидания. И как мы видели, Гитлер буквально этими же самыми словами излагал эту логику всем, кто слушал его после сентября 1939 г.
