– Основа рациона рис и рыба, причем для армии бурый, а для флота белый, более красивый, ну и овощи, конечно, а еда офицеров мало отличается от стола европейских коллег.
– Как поступаете с пленными? – американская корреспондентка была единственной присутствующей женщиной.
Ито, вспомнив, как сам инструктировал генералов никого не жалеть, искореняя под корень целые деревни, произнес: «Мы стараемся придерживаться положений Женевской конвенции129, хотя моя страна и не подписывала его. Но вы знаете солдаты и гражданские поднебесной сущие звери, в отношении которых какие-либо нормы морали неприменимы!
– Но там же два основных народа маньчжуры130, представители правящей династии и коренные народы Чины131 представители желтой расы, – не унималась одетая в одежду английских колонизаторов молодая девушка, явно подвергшаяся влиянию эмансипации132.
– Но ведь и в США эксплуатируются чернокожие рабы, а надпись «Вход неграм и собакам запрещен» вполне нормальна и висит в любом баре, почему Вы нам отказываете в таком праве, относиться к немногочисленным маньчжурам как к равным, а большинству их желтокожих друзей, как и подобает? Борясь за свои права, Вы попираете наши!
Все корреспонденты засмеялись, подтрунивая над красавицей Элен, и маркиз Ито поспешил откланяться, торопясь скорее, на ждавший его у пирса авизо «Тисима» быстроходный разведывательный и посыльный корабль при эскадре, которую никак не удавалось сформировать.
Заехав быстро с подчиненным Хаято домой, где рабочие уже заканчивали колдовать над вазой, куда закачивали инертный газ, и подводили электроды, для лучшего свечения. Попрощавшись с любимой женой Умекой, которая была не только женой, но и матерью его детей, верным советчиком и лучшим успокоительным. Сейчас она смотрела в пол, и это было укором для него в первую очередь, так как он понимал, что ее сердце не хочет расставания:
– Я не могу взять тебя с собой, очень этого хочу, но не могу, идет война, в Аннаме полно шпионов и наемных убийц всех мастей, начиная от экзотических местных, которые любят яды и змей с пауками, до европейских шевалье, предпочитающих кольт или смит-вессон.
– Но, я могу за себя постоять, тем более будет охрана, – робко спросила его жена.
– Если кто и задастся целью похитить тебя, и тем самым влиять на меня, то ты знаешь, я не поддамся на давление, и твоя жизнь оборвется.
Она прижалась к нему, словно что-то предчувствуя, её тепло как душевное, так и физическое предалось ему, и наполнило спокойствием и радостью.
Стартанув с места, так, что шины чуть не сгорели, Хаято доказал маркизу в очередной раз не только прекрасные технические характеристики паромобилей, но и свою лихачество и удаль, домчавшись до канцелярии, где ждал их начальник канцелярии маркиза Маритомо. По мнению подтянутого, и представляющего собой сгусток мышц и сухожилий с отменной реакцией Хаято, в совершенстве владеющего всеми видами оружия, бумажным червем и размазней, не достойной дружбы с маркизом. Он считал, что мистер Ито и сам в состоянии прочитать все нужные книги и подготовить требуемые делу отчеты.
Начальник походной канцелярии Маритомо напротив рассуждал о Хаято, с точки зрения интеллекта, который у того находился, по мнению первого в зачаточном состоянии. Ведь владеть единоборствами и оружием может любой, после нескольких лет тренировок, а вот грамотно распределить силы и ресурсы, знать особенности менталитета людей и целых государств, особенности культуры, науки, искусства, языка и тем более все это грамотно и самое главное вовремя применить вот настоящее мастерство.
Маркиз Ито знал точки зрения двух своих слуг, и не разубеждал ни одного, ни второго. Правда, как всегда, была где-то посередине. Обстоятельства постоянно менялись, и в каждый конкретный момент, требовались свои особенные знания и опыт. Маркиз никогда не забудет тот пляж в Джохоре, когда Хаято спас ему жизнь, но он помнит и те долгие дни, и вечера, когда Маритомо сидел за книгами, газетами и прочей литературой, составляя прогнозы на будущее, что само по себе является неблагодарным занятием. О путях в развитии целых государств, и перспективах их конфликтов или же наоборот военного и торгового сотрудничества. Подвиг бывает не только моментный, храбрый, чистый и запоминающийся, но и долгий и кропотливый. Причем если первый сразу приводит к результату и бесповоротно, то второй совершает метаморфозу изменения происходящего плавно и основательно, надо только это почувствовать и поддаться потоку событий, смоделированных судьбой и наслаждаться происходящим.
Подъезжая к борту «Тисимы», куда его пустили без промедления он с огромным удивлением обнаружил американку Элен, которую привез рикша с большим чемоданом:
– Мистер Ито, знаю Вы направляетесь на Тайвань, где флот японской империи чуть весь не утонул, спасая свои корыта-транспорты, от вооруженных транспортов маньчжуров. Возьмите меня с собой, у меня там дела! – надула губки девушка.
– Обратитесь на какое-либо судно британской компании P&Q, чьи корабли стоят неподалеку, – ответил маркиз.
