– Так санитарный день сегодня, вон и объявление на дверях висит, – пробурчал он. – В одиннадцать утра закрываемся, будут проводку ремонтировать, где-то пробой, видимо… – Наверное, ему хотелось поговорить.
И я покивала:
– Ну да, вчера свет отключали.
– Вот-вот… и сигнализация, похоже, полетела, – пожаловался он. – А один я что тут сделаю, ежели чего? Мало того, закроешься вовремя – и не уйдешь. Харитонову своему передайте, чтобы вовремя с работы уходил, – добавил он мрачно.
– О чем вы?
– Каждый день с опозданием уходит. Рабочее время для кого придумали?
– И давно он так?
– Последние дней десять. Надоело уже открывать-закрывать двери из-за него.
– Спасибо, обязательно передам.
– Постарайтесь не забыть.
Эту случайно полученную информацию нельзя было оставлять без внимания. Конечно, можно предположить, что Харитонов допоздна задерживается на работе из-за большого количества дел, связанных с концертом, но я видела достаточно, чтобы предположить, что занимался он совсем не своими прямыми обязанностями.
Эту информацию нужно будет проверить завтра. Тем более сегодня санитарный день, и директор вряд ли будет на месте. А пока – домой, позавтракать нормально, ну или пообедать. Поставить телефон на зарядку и, пока он заряжается, просмотреть записи с камер. Попутно позвонить бы Михаилу, узнать, закончили они писать заявление или все еще в отделении.
Стоило добраться до дома и подключить телефон, как гаджет зачирикал.
– Да, – откликнулась я, даже не посмотрев, кто звонит.
– Татьяна Александровна, это Максим, – из трубки донесся голос Борисова.
– Слушаю.
– Мы взяли показания Валерио и его агента, и неплохо бы нам с вами скооперироваться и собраться на месте преступления. У меня тут криминалисты освободились, по вашему коридорчику бы пройтись…
– А, да, отлично, – согласилась я. – Я смогу подъехать через час. Вам передали ключ и браслет?
– Да, по два комплекта.
– В таком случае, если раньше доберетесь, начинайте.
Я откинулась на спинку стула и выдохнула. Просмотр камер придется отложить на вечер или, если задержусь на стадионе, на ночь. Такая уж работа, ничего не поделаешь. Быстро собравшись, я поехала на стадион.
Борисов встретил меня у главного входа и протянул мне стакан кофе.
– Спасибо. Очень хорошо меня знаете, товарищ старший лейтенант.
– Не первый год вместе работаем. Мои уже шарят по этому вашему коридору. А я вот… покурить вышел.
– Ты же не куришь! – улыбнулась я.
– Ну так… вас ждал, – признался парень.
– И не зря. Ты там своим скажи, что мои «пальчики» вряд ли остались, в перчатках была. А вот отпечатки обуви вполне могли. – И я рассказала о своем приключении. Пока он созванивался с командой, я достала из сумки письмо, обнаруженное в гримерке. Сфотографировала его, чтобы показать Валерио и его команде, и протянула Максиму.
– Вот, обнаружила сегодня утром в гримерке. Вчера его не было, иначе или вы, или я заметили бы. Не думаю, что есть смысл, но на отпечатки бы проверить. И кстати, почерковеду отдать: вдруг что знакомое всплывет? – Все-таки это письмо было написано от руки. И я продолжила, размышляя вслух: – Из прямых свидетелей у нас никого нет, зато есть те, кто мог заметить что-то странное или просто рассказать вам занятную информацию, не подозревая об этом. Например, охранник рассказал, что последние десять дней Харитонов задерживается на работе допоздна. Уборщики, секретари, другие работники администрации – всех нужно опросить. В темноте я ничего не нашла, да и не искала особо, так что, может быть, преступник оставил что-то в своих лазах. Также необходимо снять отпечатки обуви в двух замурованных комнатах. Там все покрыто пылью и штукатуркой. Пройти и не оставить следов не выйдет. Камерами я займусь сама. Как только закончите, позвоните мне, и мы проанализируем полученные данные. Вышлю Стасюку записи с камер. Если хочешь, тоже ознакомишься. – Я выдохнула и посмотрела на него. – Вроде все.
Он кивнул, а я спросила:
– Нужна еще?
– Да нет. Если что-то выяснится, позвоню вам, – кивнул Борисов.
– Надеюсь, сегодня смогу закончить с камерами за кулисами и в ВИП-ложе, – порадовалась я.
Посмотрела на часы и тяжело вздохнула: день пролетел как-то особенно быстро. Набрала номер Михаила, убедилась, что у них с Валерио и Лерой все более-менее в порядке, за исключением разве что скорби по убитому Льву. Они уже в снятом доме, охрана бродит по территории, адрес дома нигде не фигурировал. Валерио лежит у себя в комнате, выпил прописанные докторами лекарства и спит. Мы договорились созвониться завтра, я доехала до дома и села за ноутбук.
