Леша заводит меня в подъезд, мы спускаемся на один пролет и проходим по коридору, в конце которого он отпирает тяжелую железную дверь. Распахнув ее, пропускает меня вперед. Мы проходим по узкому проходу между коробок с товаром, Леша открывает еще одну дверь, и мы оказываемся в просторном торговом зале магазина. Он такой же, как и все остальные гастрономы. Вдоль трех стен тянутся холодильники и полки, две кассы, огромные окна, натертые до блеска. У входа сложены воздушные шары и красная шелковая лента.
– Решил сделать открытие с размахом, – проследив за моим взглядом, говорит Леша. – Придешь?
– Не обещаю, – отзываюсь я.
– Я все равно буду ждать. Открытие в полдень.
Молча кивнув, выхожу из-за стеллажей и смотрю на магазин с позиции покупателя. Полки уже забиты товарами, только холодильники пока пустуют.
– Красиво. И все с умом сделано, – улыбаюсь я. – Ты молодец.
– Спасибо, – отзывается Леша. – Тут бы еще женская рука пригодилась, но… – он многозначительно смотрит на меня.
– Здесь все идеально, не надо ничего менять. Даже если… появится женская рука.
Наступает момент, в который нужно сбегать. Развернуться, попрощаться и уйти. Вызвать такси до дома или добраться на метро. Да хоть пешком дойти! Только бы избежать роковой ошибки!
Но нет… Я просто поворачиваю голову, и мое сердце заходится от интенсивности взгляда Леши.
– Ну раз все идеально, – слегка хриплым голосом произносит он, – тогда поехали смотреть квартиру.
Я тяжело сглатываю и медленно киваю.
Все то время, пока мы идем к машине, садимся в нее и снова едем, я уговариваю себя тормознуть. Отказаться от похода домой к Леше. Да, я там никогда не была, и у меня не может быть каких-то особенных ассоциаций с этим местом. Но все равно внутренности подрагивают, а все тело бросает в жар от одной мысли, что я сейчас попаду в жилище Алексея.
Когда мы останавливаемся во дворе жилого дома, я отмечаю, что он, как брат-близнец, похож на предыдущий. Медлю выходить из машины. Дышу часто и быстро, пытаясь убедить себя, что это просто визит вежливости. Я посмотрю квартиру и уйду. Если Алексей откажется везти меня домой, сама доберусь, хоть не имею даже малейшего представления о том, в каком районе нахожусь.
Леша распахивает мою дверцу и помогает выбраться из машины. Я вижу ту же картину, что и в предыдущем дворе, за исключением того, что девочки здесь не прыгают на резинке, а играют в классики. Из открытого окна доносится Dr. Alban со своим нашумевшим хитом, а старушки здороваются более слаженно.
Мы поднимаемся на лифте на девятый этаж. Выходим, Леша отпирает дверь и распахивает ее, чтобы пропустить меня вперед. Я топчусь на пороге, боясь зайти в квартиру. Оттуда пахнет туалетной водой Леши и веет каким-то особенным теплом.
– Заходи, – тихо произносит Леша у меня над ухом, и затылок покрывается мурашками.
Я делаю шаг и понимаю, что назад дороги уже нет…
Глава 33
Все мое тело дрожит. Сердце заходится, но останавливает свой бег, когда я слышу, как за моей спиной щелкает замок входной двери.
Здравый рассудок истерично кричит, но я перестаю его слышать, когда горячие руки обвивают мою талию, а дыхание касается кромки уха.
– Не отталкивай, – просит Леша. – Прошу тебя, только не отталкивай. Я не могу без тебя. Все это я делаю ради нас, потому что без тебя все мои потуги не имеют смысла. Я люблю тебя. Так сильно, что больно в груди. А когда понимаю, что ты все еще принадлежишь ему, каждый раз умираю. Каждый, Люба.
Леша медленно разворачивает меня лицом к себе, и я тону в его бездонных глазах. Сглатываю и рассматриваю любимые черты сквозь набежавшие слезы. Уже сейчас, еще толком ничего не сделав, чувствую себя опустившейся дрянью. Боря не заслуживает такого отношения. Сначала я должна поговорить с ним.
Но губы Леши уже опускаются на мои, и такой знакомый, любимый вкус, по которому я истосковалась, врывается в мои рецепторы. Сумка падает на пол, а мои руки ложатся на его плечи. Но не для того, чтобы оттолкнуть, а только чтобы еще сильнее притянуть к себе. Я приоткрываю губы и впускаю язык Леши в свой рот.
Голова кружится так сильно, что кажется, я сейчас просто отключусь. А когда крупные ладони с талии скользят на спину, а потом ниже, я окончательно теряю связь с реальностью. Все доводы рассудка, здравый смысл и чувство вины летят куда-то в пропасть. Как же давно я не ощущала себя так: будто нахожусь на своем месте. Там, где должна быть. В тех руках, которым принадлежу.