— А возвращаясь к твоему вопросу: я хотел заключить выгодную сделку с императором и я этого добился. Это факт. Эта сделка помогла княжеству заключить государственный договор с заметным перевесом в свою пользу, но при этом наложила на нас некоторые дополнительные обязательства — это второй факт. А третий факт состоит в том, что сделка с императором для князя достаточно выгодна, чтобы тот смирился и с нашим договором, который ему не очень нравится. Эти факты можно при желании интерпретировать любым удобным для себя образом, но если смотреть объективно, то все здесь получили свою выгоду — мы, князь, император. И князь это прекрасно понимает, поэтому он не стал предъявлять никаких претензий, а просто выплеснул на меня своё плохое настроение.
— Не боишься научить Зайку плохому? — насмешливо спросила Ленка. — Вот научится, и не сможешь её дурить.
Все уже разошлись, и мы остались вдвоём. Я разбирал свои бумаги, а Ленка придирчиво рассматривала ногти, отполированные в процессе совещания — то ли пытаясь обнаружить какую-нибудь недоработку, то ли просто восхищаясь достигнутой красотой.
— Ты о чём? — рассеянно переспросил я, пытаясь рассортировать перепутанные листы.
— Об этих, — она хихикнула. — Порнографических открытках. У тебя, кстати, такой коллекции нет?
— Нет, — я оценивающе посмотрел на неё. — Но вообще идея интересная.
— Даже не думай! — Ленка со смехом замахала руками. — Я не собираюсь тебе позировать!
— Тогда и не буди во мне подобные мысли, — наставительно сказал я. — А то ведь я могу об этом и задуматься.
— Ну а если серьёзно, Кени?
— А если серьёзно, то зачем мне её дурить? Она и так слишком уж мне верит, немного критического отношения не помешало бы.
— Критическое отношение к тебе? — усмехнулась Ленка. — Не могу себе такого представить. По-моему, если ты скажешь ей, что солнце восходит на западе, она поверит в это мгновенно.
— Вот о чём я и говорю, — кивнул я, — ни к чему мне это. На самом деле я никого не дурю и не собираюсь ничего подобного делать. Люди же не идиоты — даже если им мозги заморочишь, через какое-то время они обязательно это поймут. Недостаточно ведь просто что-нибудь наболтать — у твоего мнения должно быть веское обоснование, только тогда к нему отнесутся серьёзно.
— Может, ты и в самом деле не дуришь, — не очень уверенно согласилась Ленка, — но у тебя неплохо получается убеждать людей в том, что тебе нужно.
— Потому что я знаю один секрет, — заявил я с таинственным видом. — Зная этот секрет, можно убедить человека в чём угодно, вот вообще в чём угодно.
— Какой секрет? — у неё мгновенно разгорелось любопытство.
— Объясни человеку, что ему выгодно тебе верить, и он обязательно тебе поверит. Дурить, конечно, всё равно не стоит, потому что потом он больше никогда тебе верить не станет. Но если ты хочешь человека в чём-то убедить, первым делом дай ему понять, что это в его интересах. Если он не будет видеть в твоих словах своего интереса, он твои доводы проигнорирует, какую бы правду ты ему ни вещал.
— Звучит цинично, — заметила Ленка.
— Не я сделал людей такими, — пожал плечами я.
— Но ты их недостатки умело используешь.
— Не так уж умело, увы, но использую. А что делать? Приходится.
Ленка поулыбалась, но комментировать не стала, а сменила тему:
— А скажи, Кени, зачем ты вообще это затеял? Я имею в виду совместное дело. Деньги их нам не нужны, да и какие у них деньги? Что они могут нам дать?
— Да ничего они не могут нам дать, Лен, в том-то и проблема. Мы — только формально фамилия, а на самом деле непонятно что. Просто кучка людей, которые зачем-то сошлись вместе. Мама участвовать в делах не собирается, а Эрик пока что не ощущает себя главой семьи и принимать какие-то решения не рвётся. Зайка… ну, сама понимаешь. С верностью у неё всё в порядке, но сейчас от неё нужна не личная верность. Верность — это важнейшее качество для слуги, но для вассала это слишком шаткая база. Нужно что-нибудь посерьёзнее. Ну а Клаус с Ладой для нас пока чужие.
— И как это связано?
— Общие интересы должны быть, понимаешь? А какие у нас могут быть общие интересы?
— Лишь бы не марки, — усмехнулась Ленка. — А то знаю я ваши фамильные увлечения.
— Ну, я не Бернар, мне марки ни к чему, — засмеялся я. — И я имею в виду интересы, а не хобби. Спаять фамилию вместе может либо общий враг, либо экономические интересы. Серьёзных врагов у нас нет, остаётся только экономика. На самом деле я бы дал им даже какую-то долю в наших старых предприятиях, не будь эти предприятия в особом реестре княжества. Мы ничего не можем сделать со списком владельцев.
— Милен Второв в это не верит, — заметила Ленка. — Я недавно видела Бажана — мы с ним посидели, поболтали. Второвы не теряют надежды выкупить у нас «Мегафон».
