…Девушка была не просто в бронежилете. Это были доспехи в полном смысле этого слова. «Ну вот. Железный человек в лице женщины-кошки снова на наших экранах»… Перед Лёшей была черноволосая девица. Единственным её ранением была кровь над виском от удара пистолетом. Она медленно приоткрыла свои зелёные глаза. Алексей сжал своими пальцами её лицо под скулами. «Кошка» дёрнулась и сразу получила кулаком в глаз.
– Красота – страшная сила, тварь.
Удар не вырубил девицу. «Серьёзная». Алексей смотрел в её глаза.
– Ты тоже ничего.
– Тогда перепихнёмся, а?
– Х…й на!
– Ого!
По этому короткому диалогу Алексей определил украинский говор.
– Галичина или Восточная Украина?
– Самый умный?
– Единственный умный из всех в этом самолёте. Если есть такие ещё, то они спят. В данный момент.
– Стреляй.
– Не вопрос.
Алексей приставил пистолет к её зелёному глазу.
– Кате расскажи, как девушку убил. Не сразу, конечно.
Террористка улыбалась. Лёша опешил. «Этого не может быть».
– А кто у нас Катя?
– Твоя Катя. Шеф УФМС. Мобильник в правом кармане. Посмотри кино.
«Просто знают про Катю? Взяли её? Откуда?! Как?!» Лёша осторожно вынул телефон «кошки». На видео он и Катя целовались на улице в Москве. Больше ничего не было.
– Понятно. Спокойной ночи.
Алексей нажал на курок. Ствол не выстрелил.
– Удачливая?
Вторая попытка закончилась тем же.
– Ваш Бог Троицу любит.
Лёша нажал на курок в третий раз. Зажал террористку коленом. Вытащил обойму. Три пули. Передёрнул цевьё. Оттуда выпал патрон. Алексей быстро достал нож, но до горла «кошки» донести не успел.
– Лёша…
Алексей понимал, что она будет применять все знания, методы и способы, чтобы его остановить.
– Если ты меня кончишь, то у тебя не будет козыря для моих.
– Я, как видишь, без козырей пока играю.
– Это «пока».
– А зачем ты мне?
Нож уже был прижат к её артерии на шее.
– А вот за этим. В левом нагрудном кармане.
Лёша достал «маячок» с мигающей красной лампочкой.
– Это я и так знал. Что ты дала своим сигнал.
– Это бомба, идиот. Я включила бомбу. И мои тоже про это знают.
«Блефует? Зачем ей бомбу включать? Если она вообще существует?»
– И что? Взорвётся самолёт – и всё.
– Не самолёт.
– Заканчивай свой трёп. Аллах Акбар.
– Я не мусульманка.
Нож Алексея уже оставил на шее боевой девушки кровавый след.
– Да мне фиолетово.
– Много людей погибнет в Москве, Алексей.
«Вот су… а!»
– Рассказывай.
– Пойдём к нашим, чаю попьём.
– Рассказывай!
Алексей рукоятью ножа вмазал террористке по второму глазу. Потом стал аккуратно оставлять кровавые полосы на её лице.
– Стой! Стой!
– Ну?!
– Дай нам взлететь.
– Ты больная, дура или просто ничего не знаешь?
Нож Алексея продолжал уродовать девушку.
– Знаю.
– Тогда говори.
То, что террористы следили до захвата за всеми пассажирами, было понятно. Провернуть такой теракт невозможно без серьёзной подготовки. Аль Сафар Мадж просчитывал всё. Самое важное для Алексея было понять, «пасут» они его Катю или нет. Теоретически они могли наблюдать за всеми членами семей пассажиров. Но тогда можно было просто по громкой связи сказать в салоны, что и как. С именами родственников и адресами. Без всякого газа. Нет… Газ был нужен в любом случае. Чтобы панику предупредить.
…Алексей не был разведчиком, не был шпионом. Он никогда не думал о слежках. И его мало интересовало, есть ли у Кати кто-то ещё. Но, безусловно, она была ему дорога. И, конечно, нужна. После его дикой истории с Глашей, которая оказалась обыкновенной воровкой и аферисткой, Лёша, встретив Катю, уже знал, что Катя – Подарок Жизни для него. Он не сильно интересовался её жизнью вне его Пространства. Но однажды у Кати рассыпались вещи из её сумочки. Среди них Алексей мгновенно заметил теперь уже древнюю «памятку воину-интернационалисту». Все, кто побывал в Афганистане, знали эту памятку наизусть.
– Какая интересная у тебя книжка.
Алексей помогал собирать Кате её рассыпанные вещи.
– Памятка?
– Да.
– Немногое, что осталось от брата.
– Прости.
– Да что ты, Лёш… Я тогда совсем девочкой была. Когда он погиб там.
– Срочник?
– Контрактник.
Алексей накрасил свои губы Катиной помадой.
– Целуй меня, целуй!
И катание по полу отвлекло обоих от Афганистана.
…Алексей пристально смотрел на окровавленную девицу-боевика.
– Что именно?
– Всё именно.
– В самолёте дистанционник, в Москве бомба.
– И?
– Если мы не взлетим, взлетит кое-что в Москве.
– Слышь, «Мурка», я знал и знаю очень умных восточных людей. И женщин в том числе. Похоже, ты не из них.
– Это ты к чему?
– Да к тому, что если всё именно так, то вам надо именно взлететь, чтобы взорвать. Вы взяли самолёт в месте, где не ловят спутники.
– Похоже, что дурачок – ты. Сигнал проходит везде.
– И что взрываете?
– А ты угадай.
Алексей сделал резкое движение ножом, оставив серьёзный шрам на девице.
– Бл… ь!!!
– Повторим?
– Я не знаю, кретин!
Это могло быть правдой. Зачем рядовой террористке знать больше положенного? По сути, она просто солдат. Пусть и такая крутая.
…Её мобильник зазвонил не вовремя. В этих кустах в темноте парка было так… Сладко…
– Лёш, я отвечу.
Катя, натягивая хлопковые штаны, отходила в сторону.