— Что нас остановит? Несколько банд бедных
Ещё одна миномётная мина разорвалась рядом с их окопом, подняв облако пыли. Но единственной реакцией был смех, потому что они захватили Каир.
Пиньер и пятьдесят его парашютистов взяли штурмом казармы
— Замечательная война, — сказал он, вытирая лоб.
Капитан Марендель и лейтенант Орсини с грузовиком, набитым парашютистами, без приказа двинулись вперёд по дороге Эль-Кантара и оказались в нескольких километрах от города. Там их довольно вяло обстреляли несколько регулярных полков, которые быстро отступали, полагая, что израильтяне уже в египетской столице. Пленных взяли так много, что приходилось отпускать их на свободу, ограничившись лишь тем, что оставили им одну только рубашку.
Распеги наладил связь с одноглазым генералом, который кружил над ними в своей «Дакоте» — летающем штабе.
— Суэцкая дорога свободна, — доложил полковник. — Одно из моих подразделений находится недалеко от Эль-Кантары. Чего мы ждём? Следует ли мне наступать?
— Мы ожидаем приказов с минуты на минуту.
«Дакота» продолжала кружить над водоочистными сооружениями, затем внезапно взяла курс на север, в сторону моря и Кипра.
— Что, чёрт возьми, происходит? — спросил Распеги, ощущая внезапную тревогу.
Ответил ему лётчик:
— Ничего. Мы собираемся заправиться.
Теперь в эфире прозвучал краткий сигнал: «Франко-британские войска наступают на Суэц». Все стратеги делали расчёты на своих картах: танки двигались со скоростью 25 км в час, но французские лёгкие танки АМХ могли достичь скорости 100 км в час. Исмаилия будет взята в течение ночи, а она находилась в 156 километрах от Каира. Разгром египетской армии набирал обороты. Распеги был вне себя от нетерпения. Он боялся, что другой отряд может обойти его.
На следующее утро военно-морские силы приступили к разгрузке грузовиков, джипов и тяжёлой техники в Порт-Саиде и Порт-Фуаде. Кипя от ярости, Распеги смотрел, как сначала были сняты машины полков Фоссе-Франсуа и Конана, а затем и Бижара, и только к вечеру он наконец получил на руки свой «подвижной состав».
В десять вечера генерал, командовавший парашютной дивизией, прислал ему срочное приказание явиться.
— Все готовы отправиться в Каир через час, — гаркнул он. — Ни грузов, ни припасов, только оружие и боезапас. Всё, что нам нужно, возьмём по дороге.
Генерал был груб, если не сказать неотёсан, но Распеги, которому он совсем не нравился, — а нравился ли ему когда-нибудь хоть кто-то, кто им командовал? — был готов признать, что тот «не робкого десятка».
— Садитесь, — сказал ему генерал.
И протянул стакан с бутылкой виски.
— Выпей-ка. Нет, побольше, ради всего святого!
Он внезапно обратился к Распеги на «ты», что заставило полковника понять — дела плохи.
— А теперь слушай и не бушуй… потому что мне самому охота всё бросить. Я только что получил приказ прекратить огонь. Мы отходим.
— Но ведь мы уже победили!
— Идену пришлось уступить, Ги Молле попытался спасти ситуацию, но не особо успешно. Мы не выиграли, а проиграли. Ультиматум от русских, угрозы от американцев. Я не знаю, что там у русни, но венгры, похоже, взбунтовались.
— Плевать я хотел на венгров. Если бы не этот приказ, мы наступали бы сейчас на Каир…
— Думаешь, я про это не думал? Но французское командование в любом случае должно было бы озаботиться нашим прикрытием.
— Это возможно.
— Боюсь, что нет. В отличие от тебя или меня, наш главнокомандующий — выпускник Академии Генштаба. Он воюет с помощью карт, статистики и макетов местности. Он никогда не поверит, что четыре парашютных полка сами по себе могут гнать взашей целую армию этих ничтожных дешёвок. Так что вбей себе в голову, Распеги: я запрещаю тебе двигаться вперёд. Но если хочешь напиться со своими офицерами… Я могу прислать целый грузовик виски. Недостатка в нём нет.
— Что ждёт нас потом?
— Снова город Алжир, хотя решение его проблемы, вероятно, можно найти и здесь…
— Город Алжир! Дерьмовый гадюшник!
— Да, снова нас обрекают на этот дерьмовый гадюшник. Ты знаешь, что гарнизон Порт-Саида только что капитулировал?
— Плохое это дело, господин генерал, сдаваться вот так, когда победа была почти в кармане… а нам очень нужна победа. Особенно это вредно для наших людей. Они думали, что сбежали из тюрьмы. Теперь их отведут назад в камеры под конвоем жандармов…