– Письмо, которое я ношу с собой двадцать два года. Его написала женщина, которая…мы любили друг друга, и любви нашей не было границ. До тех пор, пока мне не пришлось уехать, – Эштон посмотрел по сторонам, опасаясь, что их разговор кто-то может услышать. – Она написала, что у меня родилась дочь, а я её предал, черпий! Предал! Потом она умерла.
– Я так понимаю, Марика и есть Ваша дочь?
Капитан подтянулся. Лицо посуровело, а взгляд снова обрёл жёсткость стали.
– Я до сих пор не могу ей в этом признаться. Представляешь, что значит для боевого офицера эта нерешительность?
– Вы можете сделать это сейчас.
– Марика ненавидит своего отца. Я не хочу ещё раз потерять её.
– Откуда Вам это известно? Она неспособна на ненависть.
– Я чувствую это. Кто будет любить человека, бросившего тебя на произвол судьбы?
– Поэтому вы назвались её дедом?
– Теперь я жалею об этом, – Эштон помял пожелтевший конверт и спрятал его в карман. – Пожалуй, ты прав. По крайней мере, правды в твоих словах больше, чем когда я говорил, что не брошу её. Я признаюсь, Артур. Пусть она уйдёт, но это будет честно по отношению к ней.
– Я не оставлю её в беде. Теперь я это точно знаю.
– Спасибо, черпий.
– Какие-то проблемы, господа? – за спиной раздался голос Максанса. Монах обошёл беседующих и встал между ними.
– Всё в порядке, пресвитер Максанс. Обсуждали план дальнейших действий, – сухо ответил капитан и, развернувшись, направился к копошащимся у бронестража пехотинцам.
– Для командира потерять бойца означает потерять частичку своего сердца, – монах посмотрел вслед вояке. – Вопрос только в том, насколько огромное оно у него. Альфа всё ещё жива. Думаю, ты захочешь взглянуть на неё.
Реликтовая самка действительно оказалась жива. Потеря ноги, огнестрельные ранения и обширные ожоги ослабили исполиншу, но не настолько, чтобы быть уверенным в её беспомощности. Она по-прежнему могла запустить огненный шар или, если сочтёт нужным, ударить ментальной волной. Кто знает, что у неё на уме, и тем более, какими сферами она обладает?
Можно попробовать выйти в лоб, но кто решится на это? Артур выглянул из-за опоры и бегло оценил обстановку. Да. Задача не из лёгких. Расстояние между реликтом и ближайшим укрытием не больше десяти ярдов. Две секунды и твоё тело превратится в пережаренный кусок мяса. Не лучший исход после всего пережитого.
Но был один аргумент и за – исполинша полностью лишилась свиты, и почти осталась без паствы. Одиночные бродяги-чурбаки не в счёт. Пехотинцы почти перебили их всех. А это значило, что абсорбировать жизненную энергию и восстанавливать сферы ей неоткуда.
В общем, очевидного пути нет! Придётся прибегнуть к самому простому и эффективному способу – воспользоваться услугами тяжёлых пехотинцев!
– Капитан! У Вас же осталась винтовка? – Артур издалека окликнул Эштона. Тот на удивление отреагировал адекватно и уже через минуту стоял рядом, готовя «дробитель» к делу.
– Я могу выстрелить в голову. Думаю, так надёжнее, – капитан на секунду высунулся и тут же отпрянул обратно. – Она слепа?
– Похоже на то. Мы неплохо поджарили её в ангаре, но кто знает.
– Можем проверить.
– Предлагаете станцевать перед ней? – Артур вопрошающе посмотрел на Эштона.
Стоящая рядом Марика подняла руку.
– Логово первого исполина. В градирне. Тогда тебе удалось наклепать себе с дюжину двойников.
– Иллюзия? – Максанс ухватился за бороду и принялся закручивать её в спираль.
– В этом есть смысл! – вперёд вышел епископ. – Я могу подыграть Артуру. Вместе мы отвлечём внимание пастыря, а Эштон сделает то, что от него требуется. Единственный момент – мои урны почти пусты и многого ожидать не стоит. Максимум одна тень и парочка фантомов.
– Ну вот и договорились! – капитан об колено передёрнул затвор и закинул «дробитель» за спину.
Артур попрыгал на месте. Тяжеловато. Скакать перед исполином в полной снаряге, та ещё затея. Больше веса – ниже скорость. Это даже фермеру понятно. Прости Бен. Придётся избавиться и от кобуры с картечницой, и от кинжала, припасённого на всякий случай. Оставшись в одних брюках и рубашке, черпий встал на изготовку. Теперь только ждать сигнала.
Стоящий напротив епископ махнул рукой. Из-за опоры высунулся Гунар и, не целясь, два раза выжал скобу арбалета. Болты пролетели мимо, но всё же привлекли внимание исполиншы. Она яростно завопила и прорезала воздух когтями, выпустив в стрелка малый огненный шар.
Сгусток огня пролетел над головой изумлённого пушкаря и с шипением вляпался в бетонную колонну, проделав в ней дыру, размером с человеческую голову. Вот так реакция!
Немного поколебавшись, Артур решил пойти ва-банк. Выждав, когда Гунар сделает очередной выстрел, он сорвался с места и помчался в противоположную сторону. Альфа отреагировала мгновенно. Едва завибрировали арбалетные плечи, стены сотрясла мощная ударная волна. Потолок задрожал, изрыгая из себя очередные потоки пшеницы. Ещё одна такая выходка и весь комплекс обрушится полностью.
Что ж, так дело не пойдёт. Артур недолго думая, сгенерировал свою ментальную копию и усилием воли подтолкнул её вперёд. Следом полетела ещё одна.
