К нам эти «ценности», как правило, попадают как импортный товар. Большинство проблем, которые реально пытаются решать на Западе, специфичны для Запада, никогда не были и сейчас не являются проблемами на нашей почве. Например, мы никогда не вывозили миллионы чёрных рабов из Африки, а женщины у нас получили широкие права ещё в начале XX века, раньше всех в мире. У нас не было раздельных скамеек, школ и кафе для чёрных и белых, у нас в принципе не проявлялся расизм в его западной концентрации.

Учить нас интернационализму и равенству полов – всё равно что вообразить, что россиян надо учить носить обувь или ходить в баню, потому что сами «учителя» только недавно открыли для себя эти блага цивилизации.

И уж тем более не надо переносить свежеизобретённые «ценности» в информационное пространство, едва-едва переведя основные термины заимствованной идеологии на кириллицу (даже не на русский язык).

В Рунете все эти радикальные сообщества широко представлены, имеют сотни групп, пабликов, блогов и каналов, их количество быстро растёт.

<p>«Россия сегодня гибнет особенно сильно»: алармизм и тотальный пессимизм</p>

Он есть истинный представитель полупросвещения. Невежественное презрение ко всему прошедшему, слабоумное изумление перед своим веком, слепое пристрастие к новизне, частные поверхностные сведения, наобум приноровленные ко всему.

Пушкин о Радищеве

Совершенно отдельная история – профессиональный алармизм, при котором безусловное предпочтение отдаётся плохим новостям. И чем они хуже – тем лучше. Кредо алармиста и тотального пессимиста может быть выражено простой формулой: «Все хорошие новости подвергаются сомнению и требуют крайне убедительной доказательной базы. Все плохие новости заведомо верны». Алармисту и профессиональному пессимисту зачастую не нужен даже собеседник – в сетевой дискуссии он участвует лишь для того, чтобы в очередной раз насладиться своими убеждениями и удовлетворить самолюбие. Обусловливается это тем, что у носителя подобного воззрения обычно крайне высокое самолюбие, ведь он понимает скрытую суть вещей и точно знает, что на самом деле стоит за теми или иными процессами. Фактически это разновидность «умного» цинизма, приводящая к тому, что у алармиста логическое мышление заменяется набором ментальных шаблонов, к которым он прибегает при любом развитии дискуссии. По сути, участие алармиста в разговоре сводится к выкрикиванию шаблонов вне зависимости от их обусловленности темой разговора.

– За 20 лет ничего не построили!

– Да вот же сотни новых предприятий, мостов, станций метро, дорог и стадионов!

– А почему тогда Путин прячет дочерей?

Алармист очень похож на организаторов этических истерик, что и неудивительно: контент ему поставляют практически те же самые «правозащитники» и некоммерческие организации.

Надо сказать, что алармист иногда способен «скачать новую прошивку» и «обновиться» до просто адекватного жителя России, но для этого нужны поистине тектонические события.

<p>Что делать? Как реагировать на этические истерики и алармистов</p>

Слушать постоянное нытьё не только неприятно, но и попросту вредно – нытьё, в отличие от жалобы, не содержит в себе запроса на помощь, зато содержит запрос на присоединение к нытью. И чем больше его слушать, тем больше шансов присоединиться.

Что же делать?

Перейти на страницу:

Все книги серии Информационно-психологическая безопасность

Похожие книги