Задира выскочил на улицу, даже не остановившись перед вооруженным строем одетых в шлемы полицейских.
– Пожалуйста, отойдите, с Нютой все хорошо, – услышала Венди его слова. Задира поднял руки, показывая, что безоружен.
– Папа, я в порядке! – выбегая, крикнула Нюта.
В этот момент Венди заметила, как справа из толпы высунулся большой человек с автоматом.
– Задира! – крикнула она, но, похоже, Нюта тоже заметила появление мужчины. В два шага она обогнула Задиру. Раздался оглушительный выстрел, вернее несколько коротких, слившихся в один, трескучий, разрывающий слух.
– Нюта! – закричал Задира, когда она скользнула перед ним, закрывая своей спиной.
Девушка уже падала на него, Задира подхватил ее за плечи, опустившись на колени. Венди рухнула рядом, стараясь пригнуть к земле Задиру, потому что из-за спины раздался голос Питера.
– Венди, ложись!
А потом град выстрелов, шум, вскрики, звуки падений, взрывы чего-то совсем рядом. Она лежала, закрыв голову руками, обнимая Задиру. Все закончилось очень быстро. Сцена из боевика замерла перед глазами. Трупы. Разбитые машины. Развороченная дорога. Стекла. Молчаливый Задира. Бледная Нюта. Мертвая Нюта.
Венди положила ладонь на руку парня, боясь задать свой вопрос.
– Она вернется?
Сжимая губы, тот лишь пожал плечами.
– Все будет хорошо, Задира. Мне очень жаль.
– Это был ее отец, да? – спросил Малой, показывая на тело черноволосого крупного мужчины, чьи карие глаза застыли, глядя в небо.
– Похоже на то, – ответил Питер. – Я дрался с ним у бара.
Венди открыла глаза и от неожиданности подскочила. На кровати рядом с ней лежал Питер, опираясь на локоть, и смотрел на нее. По телу пробежал ток. Она неловко расправила на себе футболку и вцепилась руками в одеяло.
Синий глаз парня отражал дневной свет и выглядел небесно-голубым. Зрачок превратился в едва заметную черную точку. Вернее, не так. Он превратился в стрелу и метил в самое сердце. Венди облизала губы и отвела взгляд.
– Питер? Что ты здесь делаешь? Я не слышала, как ты вошел.
– Я умею быть громким, как вчера, и бесшумным, как сегодня, – ответил он тихо с какими-то подозрительными нотками в голосе.
– И зачем ты здесь? – Венди скосила на него глаза.
Он улыбнулся. Его редкая искренняя улыбка била в сердце похуже стрелы. Прям-таки автоматная очередь.
– Не считая того что это моя комната, – протянул он, – я пришел загладить свою вину.
– Вину в чем?
– В том, что заставил тебя вчера пережить все это, – он скривился. – Давай вставай, соня, у меня есть кое-какая идея.
– Как в очередной сто первый раз подвергнуть мою жизнь опасности? – спросила Венди без всякого энтузиазма. Обычно идеи Питера заканчивались катастрофой, и она ловила себя на мысли, что лучше бы просидела до счастливого момента возвращения домой взаперти.
– Не занудствуй, милая, – покачал головой Питер, а у Венди по телу побежало электричество. Это «милая» звучало из его уст так тепло и непринужденно, будто они давно уже близкие друг другу люди. – Если бы ты осталась с нами, мы бы дали тебе прозвище Зануда, – засмеялся он.
– Да уж, обрадовал, – наигранно насупилась Венди. – Мне нужно умыться.
Сказав это, она направилась в душевую в конце коридора. Стоя под струями теплой воды, она, как всегда, задумалась: цифровая вода в эти минуты смывает с нее сон или настоящая? А она сама еще настоящая? Или уже цифровая? Венди нахмурилась. Табло с количеством здоровья пока перед глазами не появлялось. Значит, все в порядке. Но страшно было представить, что это вдруг случится. Тряхнув волосами, Венди вышла из душевой. Питер ждал в коридоре.
– Круто выглядишь, – неожиданно заявил он. – О! Теперь я точно знаю, куда тебя отвести. Идем! – Он мотнул головой в сторону лестницы.
Они спустились в холл. Задира тут же подошел с чашкой кофе.
– Ваш кофе, мадемуазель.
Он улыбнулся, но в глазах со вчерашнего дня поселилась грусть.
– Как ты? – спросила Венди.
– Я? Нормально. Что со мной будет? Сейчас в порт с пацанами пойдем, надо корабль поскорее доделать, пока до него кто-нибудь не добрался. А у вас, я слышал, другие планы.
– Питер не хочет оставить меня без приключений, – вздохнула она.
Питер закатил глаза.
– Ой, ну где еще ты бы так жила? Вот что ты делаешь в своей обычной жизни? Дерешься? Убегаешь? Боишься? Прячешься?
– Я учусь. Каждый день новые знания – это интересно. Еще общаюсь с друзьями, гуляю, читаю и помогаю людям.
– И это, по-твоему, интересная жизнь?
– Сдохнуть можно, – послышался голос Боба.
Венди украдкой показала ему язык. Питер беззвучно засмеялся.
Все мальчишки собрались внизу.
– Динь! – призвал он голограмму.
На этот раз Динь превзошла все ожидания Венди, появившись в круглой мраморной ванне с золотым краном, вся покрытая густой пеной. Мальчишки застыли с открытыми ртами.
– Могла бы и прикрыться, – процедил Питер, но Динь только изогнула черную бровь.
– А у тебя, смотрю, все по-прежнему, Питер, – сказала голограмма. – Один глаз и скучная малолетка.
