— И зачем ты меня сюда привела?.. — наблюдаю, как дракон пожирает овощи из кучи, причём он использует передние лапы, словно человек.
— Огонёк — папин любимец… — её лицом вновь завладевает скорбь. — Я не могу на него спокойно смотреть, ведь постоянно думаю об отце… Поэтому я решила отдать его тебе, но только пообещай, что будешь заботиться и не станешь продавать!
— Эм… Ну… Как бы… — неуверенно блею я. — Где я его поселю?..
— Можешь сделать вольер прямо в подвале. Огонёк неприхотлив, его нужно лишь кормить и играть с ним хотя бы раз в день.
— Играть?..
— Сейчас покажу, — Мелиса находит ещё одну морковь. — Больше всего он любит именно её. На втором месте бананы. Но если кормить одной морковью, то другие овощи есть перестанет и будет капризничать. Хорошего должно быть в меру. Огонёк, лови!
Она кидает морковь в противоположную стену комнаты, рядом с крошечными окнами. Дракон замечает «палку», каким-то магическим образом взлетает и несётся за ней. Он ловить лакомство в полёте и с оглушительным грохотом врезается в стену.
— Мать моя женщина… Он же тут всё разнесёт… — сетую я.
— Ой, ну не преувеличивай. Огонёк безобидный, подумаешь, чуть-чуть стену повредит. Ты же алхимик? Восстановишь.
— А ему разве не больно?
— Ты видел его чешую? Говорят, что он даже «Каменную Пулю» способен выдержать, — заявляет Мелиса.
— Дракон… Кому скажи, не поверят… Не думал, что они ещё остались.
— Это да… Почти всех перебили… Карликовым досталось меньше других, а Огонёк вообще самый молодой. Папа говорил, что после него драконы уже не рождались.
— Кстати, а почему его зовут «Огонёк»? Если он больше похож на камень? — в этот самый момент дракон отрыгивает морковку и изрыгает струю пламени дальностью около трёх метров. — Ясно, понятно, вопросов больше нет.
— Ну так что, Рей, ты возьмёшь его? — Мелиса делает кошачьи глаза.
— На самом деле он мне даже нравится… Забавный такой, фыркает ещё. Только как его довезти до моего особняка?
— За это не переживай. Если ему дать шоколад, то он уже через пять минут заснёт. А там засунем в грузовую повозку и отвезём. Мои слуги всё сделают.
— Хм… А его существование обязательно держать в секрете? Ничего страшного, если соседи узнают?
— Если заберёшь, то делай всё, что хочешь. Но только обещай кормить и заботиться о нём. И не продавать! — Мелиса делает особый акцент на последнем предложении. — Если про него узнают торговцы реликвиями, то могут предложить такую сумму, от которой будет сложно отказаться.
— Чисто для справки, сколько он может стоить?
— Огонёк достался папе от прошлого короля… — вспоминает Мелиса. — Сложно сказать… Возможно, пятьдесят тысяч, может быть, ещё больше…
— Сколько?! — мои глаза едва не выпрыгивают из орбит.
— А ты как думал? Огонёк — это невиданная редкость…
— Логично… — внимательно осматриваю зверя, которые продолжает стоять на задних лапах и жрать овощи. — Кстати, а он вообще обучаем?
— Говорят, что драконы — это разумные существа. Папа утверждал, что они даже умнее нас.
— Как-то не похоже… — наблюдаю, как Огонёк безуспешно пытается откопать морковь, раскидывая другие овощи и фрукты.
— По нашим меркам ему всего пять лет. Он ещё ребёнок. Пятисотлетний, но всё же ребёнок.
— Ладно, беру, — грузно вздыхаю. — Погрузим тогда после совещания.
— Спасибо тебе… А то я бы не смогла навещать его каждый день и не думать о папе… Мне нужно стать взрослой и продолжить дело отца… Но как же это сложно… Мне ведь всего восемнадцать… — Мелиса вновь опускает голову и безуспешно пытается скрыть печаль.
— Ты справишься, — хлопаю её по розовой макушке. — Я в тебя верю. Да и раз уж ты выбрала меня в качестве первого помощника, то часть сложных вопросов можешь переложить на мою голову. Да и вообще тебе в первую очередь нужно научиться перераспределить обязанности. Особенно мелкие.
— Это я знаю… Но чтобы их перераспределить, надо самой вникнуть. А это тяжело…
— Если будешь в чём-то сомневаться, то всегда можешь спросить у меня. Я могу пообещать, что в ответ выдам максимально рациональный и прагматичный ответ. Не все решения будут простыми, из-за каких-то будут умирать люди, но если что-то нужно сделать, значит, так тому и быть. А если тебя будет терзать моральный выбор, то переложи его на мои плечи.
— Как же хорошо, что у меня есть ты… — Мелиса обнимает меня и крепко прижимает к себе. — Даже не знаю, как бы я без тебя справилась… Лежала бы сейчас в склепе на месте отца…
— Тебе ещё многому предстоит научиться, но я знаю, что ты справишься, — одну руку кладу на её талию, а второй глажу волосы. — Поначалу будет тяжело, но это нормально. Однако теперь ты никому ничего не должна, и тебя никто не выдаст замуж. Теперь ты свободна. Теперь ты самостоятельная…
— Ты, наверное, в тот вечер всю голову сломал?
— О чём речь?
— Ну… Тогда на балконе… — шепчет Мелиса.
— Сперва да, но затем я понял, что ты решила попрощаться… — делаю голос тише, чтобы быть с ней на одной волне и не ломать атмосферу.
— Я знала, что умру… Но не хотела покидать этот мир, так и не познав мужчину… Правда, позволить себе я могла только поцелуй…
