Цирк чудес полностью

Нелл воображает внезапную грозу и разряд молнии. Трава, высвеченная добела. Она представляет, как разгибается каменный палец, разлетается цементная крошка и раздаются тревожные крики, когда существо срывается с металлических штырей, удерживающих его на месте. Монстр, бредущий по парку и взламывающий фургон Джаспера, словно устрицу. Потом он подхватил бы ее и Перл, прижал к себе и унес прочь отсюда.

– Ты видишь, как я прыгаю? – спрашивает Перл, подскакивая над древесными корнями. Она прыгает и семенит, скачет и виляет, а Нелл хлопает в ладоши. Работник с квадратной челюстью плетется за ними, пиная земляные комья.

– Правда, что я новейшее развлечение, которое ты видела?

Она берет девочку за руку.

– Ты вовсе не развлечение. Ты девочка; чудесная маленькая девочка.

Перл хмурится, не уверенная, что ей делать с этой внезапной откровенностью. Потом тянется на руки к Нелл.

Следовало ли им сбежать, пока Джаспер был болен, как предлагал Тоби? Но она не могла вынести бегства и ощущения травли, как было с Брунетт. Кроме того, тогда ей пришлось бы ограничиться ролью жены и матери. Тоби хотел этого, и она не возражала, но при этом ей хотелось выступать перед публикой, ощущать восторг и благоговение толпы, быть важной персоной. «Королева Луны и Звезд»… Ее пронзает гнев, но у этого чувства нет выхода, нет полезного применения. Она полагается на Джаспера и не может вступить в прямую конфронтацию с ним. Поэтому гнев возвращается обратно и снова закипает в груди.

Нелл сидит в парке, укачивает девочку, играет с пальцами ее ног. От Перл пахнет кипяченым молоком и свежим сеном. Чудо, думает Нелл. Этот ребенок – настоящее чудо.

Внезапная суматоха, шум взволнованных голосов, трубные звуки.

Нелл хватает Перл за руку, и вместе они идут к шатру по усеянной стружками тропинке. Шатер раскинулся среди деревьев, словно огромная поганка; фургоны выстроились в ряд сбоку от него, новые фрукты из папье-маше свисают с ветвей. Две крытые телеги проезжают через ворота и останавливаются в грязи, где раньше стояла трибуна. Джаспер сидит на козлах, и его цилиндр сияет в лучах закатного солнца.

Двери распахиваются, гремят разбросанные кастрюли. Циркачи, грумы и работники рвутся вперед и напирают друг на друга. Нелл находит Стеллу и Пегги, но не отпускает руку Перл. Она не видит Тоби; должно быть, он все еще в городе и выполняет какое-то задание Джаспера.

– Я могу остаться? – шепчет Перл. Нелл кивает и держит девочку поближе к себе, где Джаспер не может заметить ее.

– Что внутри? – спрашивает Пегги.

– Я слышал, что это русалка, – говорит Хаффен Блэк.

Стелла фыркает.

– Эти подделки никого не могли одурачить еще сто лет назад.

– Или новые актрисы? – предполагает Нелл. В каждой телеге ей мерещатся связанные девушки, которые стараются вырваться на волю.

– Я хочу посмотреть, – хнычет Перл. – Отсюда ничего не видно.

– Подожди… – начинает Нелл, но девочка вывертывается из ее руки и ввинчивается в толпу. Нелл устремляется за ней, но толпа слишком плотная, и ее пихают локтями, когда она пробует пробиться внутрь. Она отворачивается и успокаивает дыхание.

– Девочке хочется посмотреть, – говорит Стелла. – Отпусти ее.

Нелл смотрит на фургон, и Джаспер улыбается, размахивая трубой. Что там у него внутри? Люди? Животные? Фокусник? Крытые телеги с цепями и навесными замками. Наверное, там опасные существа. Может быть, настоящий плезиозавр в контейнере, выловленный рыбацкими сетями.

– Зрители жаждут новизны, – ревет он. – И завтра они познают ее смысл!

– Что там внутри? – кричит Виоланте.

Раздается согласный ропот. Шаркают ноги, люди тянут шеи.

– Что внутри? – вопит кто-то.

– Готов поспорить, там великан, – говорит Хаффен Блэк. – Настоящий великан, гораздо крупнее, чем Брунетт.

Все смотрят на хлипкий фургон, как будто ожидая, что существо разобьет деревянную стенку и сорвет железные оковы.

Нелл заставляет себя отвернуться. Слишком долго она вытягивала шею, высматривая белые волосы и маленькую синюю юбку.

Стелла сжимает ее руку.

– Ты не можешь вечно опекать ее. Я предупреждала, чтобы ты не слишком привязывалась к ней.

Это правда, но на глаза Нелл наворачиваются горькие слезы.

– С ней все будет в порядке, – шепчет Стелла и берет ее под руку. – Я уверена в этом.

– Завтра вы увидите мой новейший номер, – продолжает Джаспер. – Завтра весь мир впервые увидит этих существ. Вы будете изумлены и ошеломлены, вы утратите дар речи. У нас будет величайшее шоу в мире!

Нелл приходит к выводу, что Перл пойдет к тройняшкам. Стелла права; с девочкой все будет хорошо.

– Я напечатал афиши и уведомления, я дал рекламу в «Таймс». Завтра к нам повалят толпы народу.

Джаспер продолжает говорить, и Нелл наблюдает за тем, как сбоку от него расцветают огненные шары. Он говорит с уверенностью человека, готового собрать более многочисленную аудиторию, чем его нынешние слушатели, который уже сейчас ожидает, что его слова запишут и будут помнить.