Энергообмен не сводится к удовлетворению потребностей, он должен стремиться к минимизации потребления. В противном случае развивается экспансия энерговзаимодействия при неизбежных колоссальных потерях. Энергообмен тогда выходит из-под контроля и управления. Разум теряет приоритет в окружающем пространстве–времени. Через носителя Разума энергия мира должна свободно течь естественным путём, не задерживаясь. Аккумуляция энергии – нонсенс, ведь её в любой точке неисчерпаемое количество разных видов. В случаях задержки естественных процессов возникают кризисные ситуации.
Превышение объёмов и масштабов критической отметки, к которому выходит любая техногенная цивилизация, связано с нарушением баланса разных видов энергии на локализованном участке пространства–времени.
Тут возникает объективная напряжённость, вызывающая соответственные процессы в психике носителей разума и состоянии популяции в целом.
История Йуругу и Земли показывает: прохождение качественных рубежей в овладении энергией сопровождается социальными взрывами. Эти взрывы в какой-то мере снижают уровень объективной напряжённости. Но предстоящий Земле сдвиг, – а человечество в него уже втянуто и обратной дороги ему нет, – можно будет компенсировать только максимально дорогой ценой. Человечество либо будет ликвидировано, либо выродится, самоуничтожится.
Такова неизбежная плата за безоглядное стремление к технокомфорту. Техногенная цивилизация, подобная земной, в принципе не может быть самоуправляема. Рост численности населения и катастрофическое повышение требований к уровню жизни люди не смогут остановить. Они сами ускоряют свой конец.
Ресурсы Земли истощены, она не может содержать более чем десятимиллиардное население, они перешли тепловой барьер, и нам с трудом удаётся поддерживать жизненное равновесие в биосфере.
– Разве Фаэтон шёл по другому пути? – спросил Леран, подавленный мрачной перспективой человечества, обрисованной Эйбером спокойно и равнодушно.
Он и до встречи с фаэтами думал об упадочности и тупиковости избранного людьми пути прогресса. Но всегда оставалась надежда на какой-нибудь выход. Теперь надежда корчилась в агонии.
– Мы в своей истории лишь раз были связаны с внешним простейшим источником энергии. Такое было обусловлено необходимостью поддержания баланса с Йуругу. Перед превращением жёлтой звезды в сверхновую на Фаэтоне прошла дискуссия. Решался вопрос: или перемещение в космосе в замкнутой энергетической оболочке, или путешествие к новой звезде с сохранением родной планеты. Победил второй вариант, что само собой привело к возвращению нашей прежней энергетической стратегии.
Тысячелетия использования суммарного энергозаряда в путешествии проходили в условиях гарантированной безопасности. Но в ходе внедрения в Солнечную систему сработал фактор случайности и планета была уничтожена. Гений Эрланга сумел предсказать эту неизбежную случайность, – пусть не форму и не время её проявления, – и были приняты превентивные меры спасения.
Уничтожение Фаэтона, – мы теперь почти все в том убеждены, – закономерность. Разум должен развиваться на естественной собственной основе. Был у нас период установления связей с двумя другими высокими цивилизациями. Обе не связаны с техникой земного типа. Они реализовали свою задачу – переместились к ядру Галактики. Видимо, на Земле воплотилась тупиковая ветвь…
Да, нам придётся ставить вопрос о праве людей на дальнейшее существование, пока…
– Разве нельзя остановить гибельный процесс, законсервировать достигнутый уровень на время? А затем помочь человечеству отыскать верный путь, – прервал Леран Эйбера.
– Мы не всевидящи. Нам не хватает Эрланга. Никак нельзя учесть все последствия нашего активного прямого вмешательства. Использование их лучших представителей, так называемых махатм, приносит мало плодов. В лучшем случае их слушают и восхищаются глубиной отредактированной нами мысли. Дальше этого дело не идёт.
– Земля имеет опыт так называемого восточного пути развития. Самосовершенствование личности за счёт отказа от излишних потребностей. Если?..
– Поздно. И Восток уже не Восток. К тому же этот вариант слишком отличен от нашего биопсихического пути совершенствования, откорректированного Эрлангом. Мы постоянно открываем в себе что-то новое, и не знаем, что и сколько заложено в нас перед гибелью планеты. Возможности землянина ограничены, не сравнимы…
Арни выразил своё мнение привычно радикально.
– Опосредовав свой разум и среду обитания дополнительным звеном, человек вышел из цепи непрерывного совершенствования, исключил себя из поля действия всеобщих законов. Лом или электроника, – всё одно. Механизмы сломали перспективы. Первые из нас не смогли оценить этого правильно с самого начала. Неоднократные последующие коррекции ни к чему не привели. Земляне неразумно упрямы.
Леран почувствовал, что невозмутимость покидает его: Арни был предельно несгибаем в оценке чужой упрямости. Разговор с Советом превращался в полемику с Арни.
