Следующим утром гидом-экскурсоводом пришлось стать Мартину. Леран попросил дать ему выходной день. Ему требовалось побыть одному и встретиться с Ирианом. На рассвете приезжал монах от Шри Джая, заправил джип у дома бензином, проверил тормоза и рулевое управление. Вышедший на шум Мартин попробовал найти с ним общий язык, но из жестов монаха понял лишь, что джип в полном порядке и они могут пользоваться им по своему усмотрению. Монах оставил корзину с вином и продуктами.
Леде, поддержанной Лией, захотелось познакомиться с островом «поглубже». Леран ушёл к лагуне. Мартин взялся за руль. Он ещё не восстановился после вчерашней тайной битвы, и перед выездом вместо завтрака выпил изрядное количество вина.
– Эрнест, как же ты сможешь выбрать нужную дорогу? – спросила его Лия, – Ведь ни Леда, ни я не знаем острова. Как мы доверимся алкоголику?
– Алкоголик плохого не сделает, – улыбнулся Мартин, – А остров я знаю так же хорошо, как вы. Поедем куда глаза глядят, куда колёса повёрнут. Я хоть и бывший, но полицейский комиссар, у меня даже нос умеет находить нужное направление.
– Нос?! – радостно удивилась Леда, – Вот это да! Поедем куда нос глядит!
И она захлопала ладошками. Лия обняла её, потом отошла, рассмотрела её снизу доверху. И со вздохом сказала:
– Какая невеста выросла! И почему я не мужчина? И куда смотрит народ?
Лицо Леды сравнялось по красноте с губами. Синие глаза удлинились, закрывшись пушистыми ресницами.
– Не нужно никакого народа! – Леда ударила каблуком в землю, – У меня есть брат, и больше никого мне не надо. Кроме вас…
– Ладно, ладно, – успокоила её Лия, – Я хочу только сказать: такую красавицу обязан охранять чин не меньше комиссара.
– Но у нас же есть свой комиссар, – Леда движением головы отбросила в сторону упавший на лицо чёрный локон, – Да ещё и с носом.
Мартин хмыкнул.
– По машинам! Комиссар с носом! – после вина и женской болтовни ему стало весело, – От вас всего можно ожидать. Поехали, пока я не раздумал. Посмотрим, как люди живут.
Через час блуждания между банановыми рощами, рисовыми полями, отдельными хижинами, дорога привела в деревню. Здесь жили те, кого они видели на плантациях: худые загорелые люди с натруженными, опутанными венами руками. Каждый дом-хижина в деревне отделялся от другого сплошной бамбуковой или глинобитной стеной–забором. Двери были полностью закрыты от наблюдения со стороны. Джип петлял по глухому пустынному коридору. Чтобы выехать из деревни-лабиринта на свободу, понадобилось целых полчаса. Как живут люди за глухими стенами, осталось неизвестным.
Тем ярче они восприняли картину, встретившую на выезде из деревни. Справа от дороги начинался холм, по подножию охваченный высокой каменной стеной.
– Почему здесь столько стен? Чем дальше от селения, тем больше? – недовольно спросила Леда.
– Привычка от тех времён, когда было что прятать, – отшутился Мартин, – Сейчас узнаем, что прячут тут.
– А вот тут ничего не прячут, – сказала Лия, – Вы не туда смотрите. Леда, подними голову. Видишь, выше стены?
Мартин увидел в стене ворота и остановил джип. Маленькая красная крыша с загнутыми кверху углами, видимая под острым углом с земли, обратилась в проёме решётчатых ворот вершиной высокой пирамиды. Вид от ворот приковывал взор.
Справа и слева: скульптуры фантастических зверей, похожих сразу на льва, змею и птицу. Пёстро раскрашенные, они смотрели грозными красными глазами.
За решёткой ворот, – каменная стенка. Впечатление создавалось такое, словно вырезали из ленты стены кусок и переставили дальше; а образовавшуюся пустоту заполнили ажурным металлическим плетением. По контуру металлические ворота окаймлял железный орнамент из повторяющихся трилистников. В глубине двора начиналась широкая лестница; по мере подъёма она сужалась и приводила к главному входу в каменное здание, увенчанное девятирядной крышей, вонзающейся в небо зазубренным остриём спрятанной в холме стрелы.
– Буддийский храм, – тихо сказала Лия и посмотрела на Эрнеста тревожными глазами, – Твой нос знал, куда ехать.
Мартин понял её. Лия и хотела, и боялась встречи с дядей. Его присутствие на острове было непонятно, его роль в их жизни представлялась загадочной.
– Я же говорила: чем дальше, тем красивее, – обрадовалась Леда, – Нас пустят внутрь?
Она подошла к воротам, дотронулась до решётки, створка распахнулась. Они прошли внутрь, обогнули кусок стены и остановились перед лестницей в десятке шагов.
– Маленькая стенка сделана для отражения от ворот злых духов, – пояснила Лия, – А вот это называется «лунный камень».
Между ними и первой ступенью лестницы в траве выделялся каменный полукруг радиусом около трёх метров. Художник–скульптор разделил его на четыре полосы-сектора. На ближней к ним полосе живым рельефом изогнулся в прыжке лев. Вторая украшена изображением слона, застывшего у правого края. На левом конце третьей полосы красовался бык, а центр последнего самого длинного пояса заняла лошадь.
