Они посетили сторожевую башню, с которой открывался захватывающий вид на равнины, совершили долгую прогулку по автопавильону, а затем по рядам инструментального зала, где хранились все музыкальные инструменты, которые только можно себе представить. Бенджи был не против потрогать каждый предмет, дуть в рожки, стучать по клавишам огромных органов и скользить пальцами по струнам чудесных старинных инструментов.
Но когда Бенджи вернулся из этой экспедиции, то он вдруг перестал с ней разговаривать. В течение двух дней он делал вид, что у него нет на нее времени, и стремительно исчезал, как только она приближалась к нему. Брисеида ужасно злилась.
Уиллис же был вне себя от радости.
– Я знал, что в конце концов ты поймешь, что он – плохой парень, – сказал он с довольным выражением лица, притворяясь, что верит в то, что она намеренно решила не сопровождать Бенджи.
Уиллис был большим поклонником метода кнута и пряника – нового подхода педагога Герфолка.
– Теперь ты сможешь лучше сосредоточиться на своей тренировке, – сказал он. – Уже заканчивается первый месяц, пора приложить максимум усилий, чтобы попасть в следующий.
С натянутой улыбкой на губах Брисеида высматривала Бенджи.
Наконец, когда она шла в ораторий на последний день занятий первого месяца, Бенджи схватил ее за рукав.
– Мы можем идти, – пробормотал он. – Готова?
Она незаметно кивнула, ее сердце бешено колотилось в груди. Брисеида думала, что они больше никогда не отправятся исследовать.
– Куда мы идем? – вздохнула она, проходя мимо больших дверей.
– Вглубь.
Когда Бенджи сунул руку в карман, Брисеида закатила глаза:
– Почему ты всегда такой загадочный?
– Чтобы оставаться на ринге. Как думаешь, почему после всего, что я делаю, я все еще здесь, когда каждый месяц сотни студентов присоединяются к нижнему городу?
– Ты хочешь сказать, что сотни студентов были исключены.
– Разницы нет.
– Не совсем, – прошептала Брисеида. – Лично у меня не было бы никакого желания поселиться в нижнем городе. Я хотела бы вернуться к обычной жизни.
– Как мило… – протянул он.
В конце коридора показался вход в ораторий. Они снова замедлили ход.
– Что? Что тут милого? – раздраженно ответила Брисеида.
– Твоя наивность…
– Прекрати сейчас же! Если тебе есть что сказать мне, просто скажи. Ненавижу, когда ты со мной играешь.
–
– Ну, так что?
– А то, что те, кого исключают, не имеют права выбора. Цитадель не может позволить себе отпускать каждый месяц кучу парней, которые расстроены тем, что их забраковали, и готовы найти любой повод для мести. Они запросто могли бы разгласить тайну существования Цитадели.
– Я думала, что Цитадель сотрудничает со всеми странами. Проблем не должно быть…
– Это не проблема, пока их немного: отчисленных легко выставить сумасшедшими. Но сотни в месяц – это слишком много.
Брисеида на мгновение замолчала, растерявшись. Затем она рассмеялась.
– Ты, наверное, шутишь! – воскликнула она. – Это невозможно. Нам сказали, что мы можем вернуться домой в любое время.
– Тсс! Потише… Ты прекрасно понимаешь, к чему я клоню: Цитадель – мастерица иллюзий.
– Но…
Бенджи не дал ей договорить: он молниеносно бросил камень, и не только шлем, но и вся броня с огромным грохотом разлетелась по коридору. Они бросились за портьеру. Ребята ждали, сидя на табурете, прижавшись друг к другу, пока стихнут восклицания и студенты вернутся в ораторий. Брисеида пристально посмотрела на Бенджи. Он не мог говорить правду. Нижний город – гигантская тюрьма? Нет, этого не может быть. Поняв ее мысли, Бенджи решительно кивнул. Дверь в амфитеатр скрипнула, затем захлопнулась.
– Хорошо, допустим, что это правда, – сказала Брисеида, как только они оказались по другую сторону тайного хода. – Единственный способ выбраться отсюда – стать частью Элиты. В этом есть смысл: они боятся, что произойдет несколько утечек информации, но им плевать, что сотни людей исчезают каждый месяц. Правда, в конце концов массовые исчезновения – это не та вещь, которая вызывает любопытство людей… А потом все эти женщины-проводники, периферийные техники, они прибыли сюда по волшебству?
Бенджи пожал плечами:
– Не многие поступают сюда, но еще меньше оканчивают курс, так что в целом…
– Что? – возмущенно сказала Брисеида и резко остановилась.
В их сторону шел стражник. Бенджи быстро достал свое разрешение, по которому человек в белой мантии скользнул взглядом, прежде чем отдать его обратно. Он кивнул в ответ на улыбку Брисеиды и продолжил свой путь.
– У меня нет всех ответов, – сказал Бенджи, когда стражник удалился.
– Я знаю, – ответила она. – И поэтому мы собираем информацию постепенно, не торопясь…
– На мой взгляд, все не совсем так.
– Да?
– Все эти загадки существуют лишь для того, чтобы помешать нам добраться до настоящей тайны Цитадели. Я ищу только ее. Когда я доберусь до этой тайны, все остальные исчезнут.
– Не совсем понимаю…
– Это как находиться в темной комнате. Вместо того чтобы исследовать каждый темный угол, вы можете подойти к рубильнику, и все вокруг сразу озарится светом.
