Цитадель времени полностью

По крайней мере, не обязательно было заявлять всему миру, что она храбрая, достаточно было ее поступков. Во всяком случае, у нее были реальные причины для того, чтобы хотеть продолжать. Брисеида все равно не могла вернуться домой. Агенты Цитадели будут там, чтобы встретить ее. У нее не было выбора, и, в отличие от других, у нее хватило мужества признать это.

– В отличие от других, у меня хватает мужества признать это, – повторяла она про себя, топая по земле, чтобы не слышать маленький голосок, который рос в ее сознании.

Проклятая гордость, – произнес голос. Как слепое шествие в пустыню поможет делу? Они, конечно, были правы, и в первую очередь прав Леонель. Но Брисеида просто не могла признать это открыто, не после того, что он сказал ей тем утром. Проклятая, проклятая, проклятая гордость…

Брисеида решила досчитать до тридцати шагов. Тогда она признала, что тридцать шагов – не так уж много, и дала им шестьдесят, чтобы они проявили себя. На пятьдесят седьмом девушка решила, что глупо считать свои шаги, когда столько уже сделано и столько еще предстоит сделать, и просто отчаянно надеялась, что они позовут ее обратно.

Почему они молчали?

– Брисеида?

Она облегченно вздохнула. Все равно! Они могут вернуться обратно.

Эней бежал за ней. Она обернулась и, высоко подняв подбородок, вызывающе произнесла:

– Что?

– Брисеида, немного помедленнее, в отряде есть старики. После тридцати пяти организм работает по-другому, понимаешь? – Позади него шли взрослые. Они выглядели встревоженными, но решительными. Брисеида побледнела, когда Энндал приблизился к ней:

– Ты права, Брисеида. Мы должны идти дальше, верить старику… Будем экономить еду на случай, если придется вернуться, но мы пройдем весь путь. Ты проявила большое мужество и поразила нас.

Леонель избегал ее взгляда, а Лиз, несмотря на улыбку, не выглядела счастливой, но Менг Чу и Оанко кивнули в знак согласия. Брисеида хотела провалиться сквозь землю.

День прошел.

Они шли с опущенными головами, морща лоб, их ноги были красными и распухшими. Я не заставляла их следовать за мной, – повторяла про себя Брисеида, не в силах унять свою совесть.

– И вот он, второй день в вакууме! – воскликнула Лиз, опускаясь на землю вечером второго дня.

– Все нормально, – успокоил их Энндал. – Старик сказал ждать три дня. Мы ничего не увидим до завтрашнего вечера, нужно набраться терпения.

– Это Брисеида сказала ждать три дня, старик же ничего не сказал, – напомнил Леонель.

Брисеида бросила на него неодобрительный взгляд.

Ночь прошла без происшествий, если не считать импровизированного появления мохнатого паука рядом с сумкой Брисеиды. Столкновение, которое стоило Леонелю хорошего синяка, парень, к сожалению, лежал рядом с ней. Конечно, Брисеида не намеренно ударила его локтем по щеке, когда подпрыгнула. Но пытаться убедить его в обратном было пустой тратой времени. Плевать, ему оставалось только отправиться в ад.

На третий день пустыня, которая до этого была такой ровной, приобрела более круглый силуэт.

Очаровательно. Но это ничего не меняло.

К наступлению ночи у каждого из них оставался запас продовольствия, который можно было приравнять к двум приемам пищи, и менее литра воды.

Тогда Энндал торжественно объявил, что они должны вернуться. Он был первым, кто разочаровался, но лидер сопротивления – почтенный старик, – видимо, был престарелым дураком.

– Давно пора, – согласилась Лиз, сразу же начиная вести себя по-другому. – Все же я не хочу умирать здесь.

– Давайте подождем до завтрашнего утра, – умоляла Брисеида. – Мы должны восстановить наши силы. Давайте последний раз попробуем добраться до места.

– Хорошо, – сказал Энндал, – но завтра, на рассвете, мы должны свернуть лагерь. Прохладное утро поможет нам преодолеть как можно большее расстояние.

Он посоветовал им сохранить вечерний паек на следующий день. Брисеида все равно не была голодна. Она не могла проглотить ни крошки, не могла осознать реальность их положения. Она ожидала заметить несколько укоризненных взглядов за вечер, но никто и не подумал высказать хоть малейшее замечание. Все находились в одинаковом оцепенении, испытывая разочарование и усталость при мысли о предстоящем походе.

Брисеида спала очень плохо. Из-за того что она ворочалась, на ее бедрах остались синяки и каждое движение причиняло боль. Девушка повторяла слова старика. «Остальное зависит от вас», – сказал он. Какие подсказки они упустили? Почему потерпели неудачу? Если бы только у них было больше времени, возможно, что-то бы обнаружили.

Рассвет не принес ничего, кроме тишины еще одного бессмысленного дня. Они молча собрали свои вещи.

Брисеида взобралась на ближайший холм, чтобы в последний раз взглянуть на бескрайние дюны и позволить себе раствориться в их диком величии. Почему пески пустыни всегда казались красивее вдали? В горле застыл горький привкус. Даже если бы Цитадель позволила Брисеиде спокойно вернуться домой, пригород показался бы ей совершенно обычным после такого пережитого в пустыне…