ЦРУ. Правдивая история полностью

Никсон был взбешен, узнав, что, по утверждению ЦРУ, у Советов нет ни намерений, ни технологий, чтобы нанести упреждающий ядерный удар. Этот вывод был сделан в суматохе формальных оценок советских стратегических сил, каждую из которых Никсон отклонил. «Бесполезно, – написал он на полях служебной записки Хелмса по поводу ядерных ресурсов Москвы. – Это поверхностное и бессмысленное цитирование информации, которую мы и так ежедневно получаем из прессы». Исследования ЦРУ бросали вызов планам Никсона построить противоракетную систему – прелюдию к «Звездным войнам» будущего. «А собственно, на чьей стороне агентство? – задавали вопрос Хелмсу из Белого дома, и это являлось главным аргументом вашингтонской администрации. – Другими словами, «давайте все соберем до кучи и «согласуем» все факты и улики».

В конце концов Хелмс именно так и поступил, удалив ключевой абзац из самой важной оценки ЦРУ советских ядерных сил в 1969 году. В очередной раз агентство перестроило свою работу, чтобы соответствовать политическим рамкам Белого дома. Решение согласиться с линией Белого дома «явно не встретило одобрения со стороны аналитиков агентства, – записал Хелмс в своем дневнике. – В их глазах я поступился одной из фундаментальных обязанностей агентства – мандатом оценки всей доступной информации и высказывания собственного суждения, независимо от текущей американской политики». Но Хелмс не рискнул ввязаться в эту битву: «Я был убежден, что в споре с администрацией Никсона мы потерпим поражение, и при этом агентству будет нанесен серьезный ущерб». Его аналитики жаловались на подавление инакомыслия и отказ учиться на ошибках прошлого. Но никакого плана по улучшению анализа военных ресурсов и намерений СССР все равно предложено не было.

ЦРУ уже в течение восьми лет изучало фотографии территории СССР, полученные со спутников-шпионов, пытаясь с орбитальной высоты собрать воедино хитрую мозаику советских вооруженных сил. Агентство работало над очередным поколением спутников-шпионов, которые планировалось оснастить телевизионными камерами. Хелмс всегда был убежден, что никакие технические устройства не смогут заменить живых шпионов. Однако он заверил Никсона, что они дадут Соединенным Штатам возможность удостовериться, как Москва выполняет соглашения и договоренности, достигнутые в Хельсинки в ходе продолжающихся переговоров по Ограничению стратегических вооружений (ОСВ).

Но чем больше свежих данных получало ЦРУ о советских вооруженных силах, тем менее ясной становилась общая картина. Никсон справедливо критиковал агентство за то, что оно недооценило советскую ядерную мощь в 1960-х годах; он не забывал напоминать об этом в течение всего срока своего президентства. Результат этого давления теперь очевиден: в течение тринадцати лет, с эры Никсона до заключительных дней холодной войны, каждая новая оценка советских стратегических ядерных сил завышала фактический уровень модернизации Москвой своих вооружений.

Никсон тем не менее полагался на ЦРУ, стремясь ужалить Советский Союз при каждом удобном случае – не только в Москве, но и в любой точке земного шара.