ЦРУ. Правдивая история полностью

Избранный президент и выходец Гарварда обнаружили, что они – родственные души. «Оба были неизлечимо скрытными, оба окутаны тайнами, но Киссинджер в этом деле заметно выделялся, – вспоминал Томас Хьюз, директор бюро разведки Государственного департамента. – Оба являлись неисправимыми манипуляторами, но Никсон был более откровенным». Они как бы договорились между собой: «Мы, и только мы замышляем, командуем и управляем тайными операциями». Секретная операция и шпионаж могли быть инструментами, приспособленными для их личного пользования. Никсон использовал их, чтобы построить себе политическую крепость в Белом доме, а Киссинджер, по словам его помощника Роджера Морриса, стал действующим главой государства по вопросам национальной безопасности.

В качестве приоритетного акта самозащиты Хелмс создал Комитет мудрецов, названный Группой по расследованию секретных операций, чтобы донести до избранного президента значимость тайной службы и заодно защитить ее от нападок. Группу возглавлял Фрэнклин Линдсей, когда-то правая рука Фрэнка Виснера; территориально она размещалась в Гарварде и собиралась тайно; основными ее участниками были Ричард Бисселл и Лаймон Киркпатрик. В нее также входило несколько профессоров из Гарварда, по совместительству состоящих на службе у Белого дома, Пентагона, Государственного департамента и ЦРУ. Трое из них были достаточно близки к Генри Киссинджеру и догадывались, что именно он, скорее всего, станет очередным президентским советником по национальной безопасности независимо от того, кто победит в президентской гонке, поскольку Киссинджер одновременно служил в качестве конфиденциального консультанта и Никсону, и Хамфри. Никакая другая кандидатура на этот пост не рассматривалась.

Тайный доклад Группы по расследованию секретных операций был датирован 1 декабря 1968 года. Одна из содержащихся в нем рекомендаций особенно пришлась по душе Киссинджеру: там говорилось, что новый президент должен предоставить одному из высших должностных лиц Белого дома полномочия по надзору за всеми тайными операциями. Киссинджер не просто наблюдал бы за ними. Он собирался ими управлять…

Доклад настоятельно призывал вновь избранного президента «четко разъяснить директору ЦРУ, что тот должен сказать «нет», если, по его мнению, предложенная операция не может быть выполнена». Этот совет Никсон так и не принял во внимание…

«Тайные операции редко когда могут достичь одной только важной цели, – говорилось в докладе. – В лучшем случае тайная операция поможет выиграть время, упредить государственный переворот или, так или иначе, создать благоприятные условия, позволяющие применить секретные средства, чтобы в конце концов достичь важной цели». Никсон так никогда и не понял этот принцип.

«Отдельный человек, политическая партия или действующее правительство могут серьезно пострадать за счет разоблачения фактов тайной помощи от ЦРУ, – говорилось в докладе. – В итоге это может стоить Соединенным Штатам мировой репутации. Одним это продемонстрирует игнорирование Соединенными Штатами национальных прав и прав человека; другим – только наше бессилие и некомпетентность… Представления многих американцев, особенно в интеллектуальном сообществе и среди молодежи, о том, что Соединенные Штаты участвуют-таки в «грязных делишках», крепнут и постепенно отдаляют от собственного правительства… Разоблачения в такой обстановке создали для «новых левых» возможности затронуть намного более широкий спектр политического мнения, чем это было раньше. Соединенные Штаты всегда находились в центре внимания тех стран, которые заинтересованы в расширении правопорядка в международных отношениях. Наша убедительность и эффективность в этой роли пострадают до такой степени, что станет общеизвестным, что мы тайно вмешиваемся в то, что для других стран является сугубо внутренним делом». Никсон и Киссинджер преднамеренно проигнорировали все эти идеи.

«У нас создается впечатление, что ЦРУ слишком «укоренилось» за эти годы, – говорилось в заключение. – Почти все старшие сотрудники проработали в организации больше двадцати лет… Существует также значительная тенденция к изоляции и замкнутости… Ощущается нехватка инновационности и перспектив». Этому Никсон верил. Он намеревался просочиться в этот узкий круг людей. Начал он с того, что назначил генерал-лейтенанта морской пехоты Роберта Кушмана, который в его бытность вице-президентом работал помощником по национальной безопасности, заместителем директора Центральной разведки при Хелмсе. Задача Кушмана состояла в том, чтобы по поручению президента страны шпионить за шпионами Америки.