– Если кого-то сильно затошнит, сразу бросайте все дела, выскакивайте на чистое место и там срывайте противогаз. На месте даже не думайте его стянуть, иначе точно затошнит, там пахнет вовсе не французскими духами, уж поверьте. Рубленое вместе с костями мясо перемешанное с содержимым кишечников и залитое кровью – вот в чем вам придется покопаться. Аромат от этого добра так себе, особенно если нюхать в упор, даже мужчинам от него не по себе, а уж насчет вас лучше промолчу. И повторяю – поаккуратнее с ножами, они острые, и вы их быстро запачкаете. В мертвяках живут самые разные бациллы из всех миров, которые снабжают Улей своими жильцами. Это единственная питательная среда для многих не самых полезных микробов, потому что зараженным от них хуже не становится, а с некоторыми у них что-то вроде тесной дружбы. Если вы себя пораните, в вашу кровь может попасть что угодно, вплоть до штамма какой-нибудь экзотической разновидности чумы. Вы иммунные, вас зараза не берет, но не всегда это срабатывает, да и в самом лучшем случае придется немного поболеть. Кому-то нравится валяться на больничной койке? Нет? Тогда работайте аккуратно, не зевайте и не расслабляйтесь. Напомню, что если увидите мертвяка, с которым стучалки вряд ли справятся, следите за тем, чтобы не оказаться на линии между мной и тварью, я не так уж хорошо стреляю. И не надо выпутывать спораны из паутины, просто бросайте комки в ведра, с этим потом другие разберутся, сейчас каждая секунда дорога. Пошевеливайтесь, как можно быстрее, надо успеть вычистить дорогу до отхода, у нас на все про все меньше часа. Задачу уяснили? Тогда за мной.
О том, чем именно должны заниматься ковырялки, я догадалась задолго до того, как мы дошли до места кошмарной работы, но верить в это не хотелось. Для окончательного осознания того, насколько крепко влипла, хватило открывшегося впереди зрелища и различных обрывков информации. В том числе и частых намеков на то, что нам придется покопаться в грязи.
Вот только грязью я бы такое не назвала.
Щиты, установленные на стенах по обеим сторонам от дороги, и барабаны, закрепленные на вбитых в просверленные в асфальте отверстия стальных штырях, сработали, когда Крысолов завел зараженных в проход и поднял вертолет на безопасную высоту. Все эти закрепленные на поверхности взрывчатой массы болты, гайки, шарики и просто бесформенные кусочки металла полетели в нужные стороны с огромной скоростью. Саперы расположили мины направленного действия таким образом, что каждый клочок пространства перекрывался разлетом осколков не один раз.
Даже не самые развитые заряженные – живучие создания. Но когда в них с огромной скоростью прилетают не такие уж маленькие куски железа и свинца в сопровождении взрывной волны, их живучесть почти не помогает.
Почти – потому что некоторым все же удается не умереть окончательно. Именно из-за этого нас прикрывает Берта со своим карабином. Однако она за все время ни разу не выстрелила, всю работу по упокоению искалеченных выполняют Рината с Вестой. Высмотрев шевелящегося зараженного, они с силой стучат по его голове стараясь повредить споровый мешок, или без затей пробивают виски и макушки.
Потому и стучалки.
Присев возле очередного мертвяка, я на миг зажмурилась, это помогает справляться с приступами дурноты. Те, кто это придумали, полагали, что противогаз должен фильтровать абсолютно все, очищая воздух от любого намека на запах, но мне кажется, что это не так. Я что-то чувствую и не могу не согласиться с Бертой – здесь пахнет вовсе не розами.
Этот зараженный получил столько осколков, что невозможно понять, кем он был в прежней жизни – мужчиной или женщиной. Просто один из почти бесформенных обрубков, спасибо, что в этом случае еще можно разобрать, где именно следует искать остатки головы. Должно быть, мина разорвалась слишком близко, чуть ли не все мясо сорвало с костей, да и сами кости при этом сильно пострадали. Выглядит, конечно, кошмарно, но мне так даже лучше, останки почти не ассоциируются с человеком.
Осторожно повернуть разбитый череп на бок, также осторожно ткнуть острием короткого массивного ножа в складку почти оторванного спорового мешка; надавить; провести лезвием по самому низу радиального углубления; развести края надреза двумя затянутыми в резину грубых перчаток пальцами; ухватить комок черного содержимого; бросить в наполовину заполненное пластиковое ведро неуместной здесь веселой малиновой расцветки.
Все, дело сделано, пора заняться следующим.
Осторожно ступая по крови, сплошь покрывавшей асфальт, я склонилась над очередным куском исковерканного мяса, но краем глаза заметила подозрительное движение и, оборачиваясь, шагнула назад, на уже проверенный участок, где не осталось ни одного нетронутого спорового мешка.
