Сейчас же, судя по всему, сей искусный и многоопытный боец был в смятении. Казалось, он ничем не мог помочь воспитаннику в грядущей схватке. Глядя на него, Курт также начинал волноваться – промахиваться и оступаться. В результате на обеих лапах и кое-где на корпусе его шкура приобрела добрый десяток уродливых подпалин. Волк кричал от боли и ярости, не в силах понять, что от него требуется, в то время как Таран метался по площадке, рвал на себе волосы и пытался что-то объяснить, периодически меняя точку зрения на противоположную.
Обстановка, иными словами, была если не совсем здоровая, то вполне рабочая. Ругань Хэнка то и дело прерывалась треском разрядов, волчьим рыком и лязгом мечей.
Курт едва сдерживался, чтобы, придя в себя после очередного знакомства с шокерами, не зарубить кого-то из бородатых гладиаторов – уж слишком резво те орудовали своими “конечностями”… Тренажер держался на толстой свае, однако крутился, будто юла.
Все на Подворье, казалось, затихло и замерло. Точно в дешевых фильмах ужасов, все понимали, что “зло грядет”, но никто даже приблизительно не знал, что же из всего этого выйдет. Никто, за исключением, пожалуй, самого Тарана, не представлял, какое обличье Зло изберет для очередного рывка в этот усталый мир. Волк видел, что гладиаторы и даже “безрукавочники” терялись в догадках – все они никак не могли быть НАСТОЛЬКО хорошими актерами. Предположения строились самые разные – от древней мистической силы до инопланетян… Вернее – от какого-нибудь из местных бойцов и до специально приглашенной из Улья звезды, напичканного имплантатами и тактическими процессорами здоровяка…
Таран тянул время и держал фанатов Ямы в неведении. Шаг, естественно, вполне разумный – никто не успеет подготовиться, взвесить известные факты и проанализировать конъюнктуру рынка. А он с помощью подкупленных букмекеров “срубит капусты”.
Это было ясно и младенцу.
Вторую неделю в Яме не проводилось ничего, кроме тренировок. Фанаты разгонялись от ворот чуть ли не настоящими мечами. Каждый второй стремился поглазеть на легендарного метаморфа, осведомиться о его делах и, что было бы совсем невероятно, попросить автограф. Однако, если верить ворчанию Тарана, никто из них никогда по доброй воле не согласился бы поставить свои кровные денежки ПРОТИВ мохнатого любимчика. “Всем, – бурчал владелец Подворья, – бесплатный цирк подавай…”
Выходные, когда на поверхности топталась добрая сотня ног, а их обладатели во всю мощь луженых глоток вопили: “Убей!” – канули, казалось, в далекое прошлое. Теперь на тренировочной площадке царила деловитая суета, а каждое утро Курта начиналось с рутины.
Но если ему выдали пилку, Зло уже близко…
Так и оказалось.
Четыре дня спустя Курт наконец узнал, с кем ему придется “драться”. Собственно, боем как таковым это можно было назвать лишь с большой натяжкой.
Гораздо больше, судя по всему, это походило бы на потуги пещерного человека, вооруженного разводным ключом, вывести из строя дизельную турбину. Что-то подобное Курт уже видел в каком-то псевдонаучно-фантастическом кино о путешествиях во времени.
Вначале он не поверил, дважды переспросил у Хэнка. Тот, само собою, оказался порядочной сволочью. Ярость клокотала в волчьей глотке, но поделать с нею было нечего. Приходилось глотать. Рваться с цепи, пытаться царапаться и щелкать клыками также не имело смысла, разве что предпринять безумную попытку разрядить аккумулятор ошейника. И потому, с колоссальным трудом преодолев отвращение, Курт попробовал расспросить Тарана подробнее.
Но тот, как оказалось, был не бог весть каким знатоком робототехники. Ни единой полезной подробности, кроме тех, о которых Курт уже и сам догадался. Нож с Топором, тоже присутствовавшие при заключении гнусной сделки, как ни старались, не смогли пролить на общую картину ни капли света.
Волк негодовал: таких ублюдков следовало поискать. Мало того, что Хэнк с потрохами продал своего гладиатора № 1, так он даже не потрудился выяснить необходимых деталей!
Все, что Волку было известно о своем следующем противнике, это то, что он понял, просто рассматривая новый тренажер. А именно – у робота наличествовали гусеницы, четыре конечности, бронированный корпус и некое подобие башки (не приходилось надеяться, что последняя обладала главенствующим положением в механизированно-электронном организме). Все это Таран изложил с видом пророка, несущего Откровение в народ…
Волк рассмеялся ему в лицо.
Он не мог представить, где же у бронированного чудовища уязвимые места, чтобы проработать какое-то подобие тактики. Все, вероятно, придется делать на ходу.
Но, что самое забавное, Хэнк даже не заикнулся, что вооружит “волчонка” ручным пулеметом, гранатометом или, на худой конец, газовым резаком. По условиям контракта (он же – гнусная сделка), мета-морф будет вооружен тем же, что и во время обычного боя.
Мягко говоря, все это не внушало оптимизма.
