Профессиональных авроров, закаленных схватками с троллями и дикими гоблинами, день ото дня становилось все меньше. Волшебный мир оказался не готов к вторжению хорошо организованных сил. Сейчас все надежды возлагались на молодых. «Неразумная поросль», как окрестила их одна из газет. Ускоренный выпуск Аврората, в числе которых и были пресловутые Блэк, Поттер и прочие. Довериться им? Да что они смогут против этого человека, который смотрит прямо в душу в ожидании… согласия. Да, он ни на минуту не сомневается, что Северус согласится. Видимо, успел что-то понять. Уйти? И оставить Нарциссу здесь?
Перед уходом из поместья Северус зашел попрощаться с Нарциссой. Встревоженный взгляд, ледяные руки. Он с веселой улыбкой постарался объяснить ей, что ему предложили работу. Полчаса ушло на попытки убедить Нарциссу, что подвоха никакого нет, и они просто искали себе зельевара. Она, конечно же, не поверила ни единому слову, но спорить перестала, когда невозможность его переубедить стала очевидной.
А потом Северус быстро поцеловал ее в щеку и направился к выходу.
В холле его ждал сам Люциус, не присутствовавший при разговоре с Лордом, но прекрасно осведомленный о его результатах
— Ты — желанный гость в этом доме, — сказал он на прощание.
По его холодной улыбке было сложно понять, совпадают ли его желания с желаниями Лорда, но перечить тому он явно не собирался.
Северусу предложили карету, но он решил воспользоваться камином для гостей.
Он переправился в Лондон. В бар, в котором когда-то работал официантом. На душе было тревожно. Даже мысль о том, что он сможет помочь Нарциссе, померкла. Сможет помочь? Не слишком ли много он на себя берет? Он вспомнил испуг в серых глазах и собственное малодушие — ведь так и не смог сказать о том, что ценой его присутствия в ее жизни станет метка на левом предплечье.
Фрида медленно подошла к окну и отдернула тяжелую штору. Серебристый свет залил комнату. Полнолуние. Яркое, неотвратимое. Мысли Фриды невольно обратились к Ремусу Люпину. Молодая женщина горько вздохнула. Хватит ли ей жизни, чтобы искупить ту боль, которую она невольно причинила этому странному юноше? Ре-мус. Загадка, тайна. Ее не хотелось разгадывать, потому что за ответом на все вопросы крылась опасность. Фрида попыталась вспомнить свои ощущения в тот день, когда истина стала для нее очевидной. Что она испытала? Страх? Разочарование? Нет! Пьянящее чувство близкой опасности, словно она ходила по лезвию ножа. Она так и не сказала Рему о своей догадке. Просто не смогла. В его взгляде и так всегда таилась настороженность, которая становилась явной при затрагивании любой опасной для него темы. Он почти никогда не расслаблялся в окружении людей. Его напряжение чувствовалось. Словно он всегда ожидал разоблачения. Фрида часто пыталась поставить себя на его место. Страх, нервозность и… одиночество. Когда она поняла, что скрывается за обликом милого тихого юноши, ей стало легче. В глубине души она считала себя виноватой в том, что втянула его в эти странные отношения. Но, поняв, что он сам был обречен на одиночество, попыталась убедить себя в том, что эта иллюзия счастья ему на благо. Это — призрачная возможность прожить настоящую жизнь.
За высокопарными словами Фрида Забини пряталась от своей совести. И ей даже удавалось. До того вечера. Но всему наступает конец, и уютный кокон из разумных слов, оправдывающих ее действия, разорвался в клочья пасмурным весенним вечером, когда она долго выбирала наряд, готовясь к встрече. Пытаясь убедить себя в том, что наряжается на праздник — она как девушка Рема был приглашена на день рождения Сириуса Блэка — Фрида, как могла, старалась обмануть саму себя. Разве так тщательно готовятся ко дню рождения не слишком близкого знакомого? Просто утром была окончательно назначена дата ее помолвки. Месяц. Остался один месяц. Фрида знала о помолвке и до этого, но она так и не набралась смелости рассказать обо всем Рему, не хватило решимости с ним расстаться. И вот сегодня она должна это сделать. Должна — страшное слово. Но дальше встречаться стало невозможно — она приобрела совершенно иной статус. Даже на эту пресловутую вечеринку еле удалось выбраться.
Фрида Форсби зажмурилась, вспоминая последние часы беззаботности. Не своей — Рема.
Небольшая квартира Сириуса Блэка представляет собой штаб наступающей армии: повсюду обрывки планов местности, каких-то карт, чертежей. Рем с улыбкой объясняет, что Джеймс Поттер выбирает себе дом, да еще попутно они всем миром готовятся к предстоящей свадьбе Джеймса и Лили. Так как больше времени все они проводят как раз в убежище Сириуса, то всякий хлам, связанный с этим процессом, хранится здесь.
Питер Петтигрю скручивает какие-то схемы в рулоны и пытается пристроить в ящик. Лили Эванс носится по квартире в поисках неизвестно чего. Она что-то готовит: с кухни доносятся соблазнительные ароматы. Джеймс Поттер старательно упаковывает какую-то коробку, над чем-то смеясь. Видимо, представляет реакцию именинника на подарок.
