На пятый день Узник начал впадать в отчаяние. Весь день он тупо просидел на камнях, болтая ногами в воде и пытаясь производить в уме свои вычисления, чтобы хоть как-то отвлечься. Тщетно — из головы не шла Лесана, которая, наверное, попросту забыла его на этом проклятом клочке земли. А может быть, она и не собиралась за ним возвращаться — пообещала потому, что не хотела разочаровать своим отказом. Зачем он ей вообще нужен? Связываться с каким-то непонятным узником, влачившим жалкое существование на голых камнях, обросшим бородой и дурно пахнущим в своих ободранных лохмотьях? Само собой, у нее были дела поважнее и поинтереснее.
«Хорошо, хоть в груди перестало болеть», — уныло подумал Тим, не находя в себе сил подняться, чтобы приготовить скудный завтрак. Наверное, ребра срослись, а может, они и не были сломаны… Хотя, какая теперь разница? Девяносто четыре дня, а впереди его ожидает — сколько? Девятьсот девяносто четыре?..
Весь его тщательно сберегаемый оптимизм улетучился за эти несколько дней без остатка. Узник осознавал это, но ничего не мог поделать со своим унынием. В принципе, ему и это теперь уже было все равно.
Утром шестого дня его разбудил звук мотора. Выкрашенный в океанские цвета катер с черным вороном на правом борту пронесся вокруг острова по спирали, вздымая пенные буруны и, не снижая скорости, с размаху зарылся носом в песок на мелководье. Вскочив на ноги, Тим бросился к лодке, оскальзываясь на мокрых камнях, не удержался на ногах и чудом избежал падения, вцепившись обеими руками в кромку борта.
Она поднялась ему навстречу — бледная, с растрепанными волосами. В правой руке крепко зажат пистолет.
— Помоги мне, дай руку, — хриплым голосом проговорила Лесана, с трудом удерживаясь на ногах. — Чего-то штормит меня… — Оружие выскользнуло у нее из пальцев, гулко стукнувшись об дно лодки.
Тим помог ей выбраться из катера и повел к скале. Девушка навалилась на него всем телом, ее била крупная дрожь. Вцепившаяся в его плечо рука обжигала жаром. Осторожно усадив Лесану на свою импровизированную постель, Узник присел перед ней на корточки.
— У тебя сильный жар, что случилось? Ты заболела? Лесана?
Девушка с трудом сфокусировала на нем темные глаза.
— Извини, я не того… зацепило немного… — она ухватила себя за левое плечо, скривившись от боли.
— Дай посмотрю, — он осторожно отнял ее руку. В области лопатки рубашка у Лесаны была разодрана, черная ткань заскорузла от запекшейся крови.
— Можешь снять? — неуверенно проговорил Узник.
— Угу, — кивнула девушка. — Не смогла посмотреть, что у меня там такое? — ее голос слегка дрожал.
Тим осторожно помог ей избавиться от рубашки, обнажив воспаленную рану, косо пересекающую лопатку. Такое впечатление, что по спине полоснули ножом — порез был неглубокий, но длинный, и его края уже успели загноиться. Узник тщательно осмотрел рану, отметив про себя отсутствие разбегающихся во все стороны красных полос, верных признаков начинающегося заражения крови. И то хорошо.
— Что там? — тихо повторила девушка.
— Ничего страшного, порез неглубокий, воспалился просто. Слушай, чем это тебя так?
— Сама не знаю, ну зацепило чем-то, — немного помолчав, ответила Лесана. — Ты можешь меня перевязать? Бинты у меня в лодке есть, там в красном таком ящике.
— Знаешь, я бы тебе сначала почистил рану. Ты не бойся, я это умею, в Академии таким вещам обучался. У тебя там есть антисептики? И что-нибудь острое, типа скальпеля?
— Да я не боюсь. А лекарства — какие-то были, не знаю точно. Ты посмотри там, в ящичке? — она чуть сгорбилась, обеими руками прикрывая грудь: под рубашкой у нее ничего не было.
В лодке Тим не без труда разыскал походную аптечку — похоже, военного образца, с эмблемой императорского морского флота на внутренней стороне крышки. Содержимое вполне его удовлетворило: кроме бинтов, там нашлась бутылочка чистого спирта, пара упаковок сильнодействующего антибиотика и даже маленький скальпель. Лекарства были самые обычные, какие продаются в Сайнсби на каждом шагу.
Внутри у него снова зашевелился червячок подозрения: откуда у нее военная аптечка? Преодолев жгучее желание покопаться по разбросанным вокруг рюкзакам и коробкам, он заторопился назад, к Лесане.
Девушка сидела все в той же позе, не поднимая на него глаз. Набухший багровый порез ярко выделялся на ее белой спине — изящной и стройной, словно молодое деревце.
— Слушай, я все нашел, хорошая у тебя аптечка. Выпей пока вот это, — он протянул ей три таблетки антибиотика. Если этот жар у нее от нагноения, сейчас самое время принять ударную дозу.
