Пробуждение выдалось не из приятных. Утро встретило меня промозглой сыростью, от земли ощутимо тянуло холодом. Пожалуй, я бы даже не удивился, увидев иней на траве. Но, по счастью, его не было. Впрочем, на ощупь ледяная роса почти не отличалась от него. Ночью нас больше никто не беспокоил. Похоже, что те светящиеся создания удовлетворились погоней за огненным шариком, а другие местные обитатели нами не заинтересовались.
Будить крепко спящую Фиори я не стал, вместо этого занялся завтраком. Веток, подходящих для костра, поблизости не оказалось, пришлось немного отойти от лагеря. До конца леса оставалось всего ничего, когда мне почудилось, что вдали что–то происходит. Заметив краем глаза неясное движение, я тут же отпрянул в сторону и укрылся за деревом. Чуть погодя, осторожно выглянул из–за него, пытаясь разобрать, что там творится.
Над простирающимся сразу за лесом лугом клубился жиденький туман. В этом не было бы ничего странного, если бы он не был насквозь пронизан Подлинными цветами. Посреди луга воздух дрожал, словно в жаркий день летом над раскаленным камнем. Постепенно зыбкое марево стало сгущаться, приобретая все более четкие очертания. Туманное озеро заколыхалось, начало спадать по краям, приливая к центру. Со стороны это выглядело так, будто расплывчатое нечто впитывало Подлинные цвета, разлитые вокруг, а заодно и туман.
Затаив дыхание, я наблюдал за таинственным действом, даже не пытаясь угадать, что оно означает. Через некоторое время почти весь туман истаял, поглощенный быстро мутнеющей фигурой. И хотя в предрассветном сумраке видно ее было плохо, я мог поручиться, что она отдаленно напоминает человека. Как только первые лучи солнца коснулись ее, фигура засияла яркими красками и даже, как будто стала выше и мощнее. Множество осколков и полос Подлинных цветов, вьющихся над лугом, зашевелились, пришли в неистовое движение, закружились в яростном танце.
Разумеется, в Приграничье множество чудес и тайн, но отчего–то мне показалось, что такого еще не видел никто. Или почти никто. На этот раз я не стал вспоминать что–то похожее из книг. Подобного там точно не было. Мало–помалу цвета приблизились к замершей посреди луга фигуре, сузив круги. Та по–прежнему стояла неподвижно, чуть дрожа, во время очередного порыва ветра. В этот момент позади меня раздался треск сломанной ветки.
Вздрогнув, я обернулся, уже зная, кого увижу. Смущенное лицо Фиори показалось из–за соседнего дерева. Не трудно догадаться, что проснувшись к рассвету и не увидев меня, девочка отправилась на поиски, которые и привели ее сюда. В утренней тиши резкий звук разнесся далеко. Таинственная фигура рассеялась, будто ее никогда и не было. Строй Подлинных цветов немедленно рассыпался, потеряв всякий порядок. Спустя несколько мгновений уже ничто не напоминало о загадочном танце и призрачном мареве. Хотя нет, воздух посреди луга еще немного дрожал, но так, что и не разберешь, мерещится тебе или нет. Впрочем, проверять это я не собирался.
Хорошо, что таинственное нечто отпустило с миром дерзких чужаков, потревоживших его покой. Благодарю и за это. Я уже было пошел обратно к лагерю, когда внезапно почувствовал пристальный взгляд. Отчасти это напоминало то ощущение, что возникло вчера рядом с бором. Но только отчасти. В не было враждебной настороженности, только интерес и… любопытство?
Приостановившись, я заметил, что и Фиори замедлила шаг, что–то почувствовав.
— Снова то же самое ощущение? И что скажешь на этот раз?
— Может, я и ошибаюсь, но он не хочет нападать. Совсем, совсем не хочет. Он давно никого не видел, из людей, я имею в виду, — поправилась девочка.
Угу, как же, так мы и поверили. По крайней мере, я. В отличие от Фиори я достаточно наслышан о коварстве Приграничья. Так что верить каждому встречному, тем более ощущениям от творения, не собираюсь.
— Посмотри, пожалуйста, где его силы ослабевают. Думаю, будет лучше пройтись вдоль кромки леса, чтобы в случае чего иметь возможность быстро отступить.
— Я не вполне уверена, но с три десятка шагов от края луга у нас есть.
— Ладно, тогда возвращаемся. Твой зверек, наверное, уже заждался нас.
После короткого завтрака мы поспешно собрались в дорогу. За вчерашний день мы прошли где–то с четвертую часть пути, но это были самые тихие и относительно спокойные земли. Жаль, что в любезно предоставленной Спаде карте, в отличие от превосходно изображенной Регны, Приграничье присутствовало исключительно для красоты. Даже Старый тракт был нанесен настолько приблизительно, будто создатель карты начертил его на глазок. Потому, что ждало нас дальше, не мог предсказать никто. Ни один магистр или Лорд, поскольку они и сами не знали этого.
