Прохлада серебряных цепочек, стягивающих ее запястья, казалась ей обжигающей, словно в мягкий, призрачно мерцающий металл заключили весь мировой огонь. А поверх них — широкие кожаные ремни с католическими символами и словами из молитв. Со всем этим Гейлавер ощущала себя жуком в коробке. Михаэль в детстве любил ловить всяких насекомых, а потом подбрасывать их старшей сестре в кровать… демонесса усмехнулась воспоминаниям, таким далеким, что казались чужими, кадрами из фильма, который больше никогда не представится возможности пересмотреть. Золотисто–зеленые глаза карателя обвели мрачным взглядом окружающих ее людей. Хотя какие они люди… оболочки. Словно пустая шкурка яблока, мякоть которого уже давно выжрали черви. Только вместо червей — демоны. Мелкие сошки, в сущности, но вот за ними стоит весьма сильная тварь. Тамуз, один из свитских Мундуса, никогда не был доволен тем, что у него есть. Глупости у него, правда, в избытке — возомнил, что сумеет угрозами заставить архонтов присоединиться к Императору. Ананке же считала по-другому. Ее мнение навсегда обезобразило и без того уродливую морду Тамуза огромным ожогом. Но несмотря на то, что Фриндесвайд окружена его шестерками, самого демона она не заметила. Выжидает, с отвращением подумала носящий четвертый чин. Feigling!¹ Женщина повела затекшими плечами, священные воины мгновенно ощерились обнаженными клинками. Лезвия хищно сверкнули в свете факелов.
— Entspannen, Jungs. Ich beiße nicht. Vorerst², — усмехнулась Гейлавер. Одержимые намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Пусть это лишь маски, именно в этих масках заключена вся суть. Воспоминания, желания, эмоции. А вот действия и поступки их контролируют засевшие внутри бесы. Это все весьма… весьма расточительно. Души несчастных заведомо причисляются к мученикам, их грехи обнуляются, и они прямиком отправляются в лучшее место. Но зато демоны не привлекают внимания, серебро, святая вода и прочее не наносит им существенного вреда, да и действуют они фактически чужими руками… Гейл не удержалась от тяжелого вздоха, прислушиваясь к стуку каблуков ее сапог по каменным плитам пола. Давно она здесь не была. Очень давно…
Талия шла рядом с Катоном, храня почтительное молчание. Никаких бесформенных кофт, разноцветных маек и прочего. Черные узкие брючки, строгая кофта, застегнутая под горла такого же траурного цвета, огненные волосы убраны в пучок на макушке. Девочка словно потухла, потеряла свою яркость и трогательную вульгарность. Она увлеченно слушала Катона, с восхищением глядя на мужчину, который наслаждался ее вниманием, сыто щурясь и расплываясь в ленивой ухмылке. Гейлавер удрученно покачала головой. Если бы не эта малютка, все было бы намного проще.
— Даже не верится, что мы так близки… — выдохнул Катон и погладил плечо Талии. — И все благодаря тебе, дитя мое. Я… я скорблю о твоих родных, но ты же понимаешь…
— Конечно, — девушка поспешно кивнула, слегка отстраняясь. Церковник насупился и поджал губы. Каратель тихо рассмеялась, наблюдая, как отсветы огня играют на грубых стенах, золотя и смягчая холодный равнодушный камень думает, раз сила Феникса попадет в его руки, то девчушка и подавно? Бедная наивная дурилка. Он даже не представляет, чего его амбиции будут стоить.
***
Небо за окном постепенно светлело, близился рассвет, гася звезды и стирая с небосклона наглую хищную улыбку клыкастого полумесяца. Гилвер швырнул окровавленные бинты на стол, откидываясь на спинку дивана. Рана на затылке практически затянулась, оставив лишь едва заметный шрам под снежно–белыми волосами и уязвленное самолюбие. Попранная гордость наемника ныла сильнее, чем физические увечья, нанесенные демоном. Пусть действиями Талии, ее телом управляло очередное исчадие ада… поражение ему, старшему сыну Спарды, нанесла именно она! Девчонка с отвратительно синими волосами, жертва своих собственных амбиций, тщеславная, маленькая дрянь! Мужчина рывком поднялся на ноги, не обращая внимания на легкое головокружение, и подошел к окну. Сквозняк, шаловливо прокравшийся в комнату через открытую форточку, растрепал волосы наемника. Интересно, что с Гейлавер? Когда Гилвер пришел в себя, демонессы рядом не было. Наверняка сбежала. Трусливая мразь, усмехнулся про себя блондин. Сначала ее умудряется обокрасть какая–то соплячка, потом сдает собственный брат и вот, наконец, она убегает, испуганно поджав хвост. Хотя чего он ожидал? Она же демон. Трусость, предательство, лицемерие — все это у нее в крови. Или как там называется то черное дерьмо, что течет в их жилах? Наемник коснулся ладонью холодной поверхности стекла. Все это неважно, мимолетно. Жизнь демонов вообще коротка, хоть иным она и кажется вечностью. Убиваешь их, а на место каждого убитого беса приходит десяток новых. Гилвер прикрыл глаза, сжимая руки в кулаки. Гейлавер нужна ему. Эта демонесса знает многое. То, что хотел бы узнать наемник. И он не будет медлить.
***
