— Работаем! — твердо говорит механик, но губы его нервно вздрагивают, а руки на коленях не находят места. — Я сам смотрел пресс… Поломка серьезная. После обеда ремонтники не отходят от пресса. Впрочем, на обед они, по-моему, тоже не ходили…
Такой ответ явно не устраивает Чуприса.
— Это не оправдание! — Он резко бросает листок с заданием на стол, ищет поддержки у своего шефа. — Яков Лукич! Ты вот рассуди: как я могу при таком положении дел наладить нормальную работу на участке? Как я могу обеспечить сегодняшний дефицит?..
— Может, сборку остановим? — вкрадчиво спрашивает Яков Лукич. — Сядь, Чуприс. Не мельтеши перед глазами у людей, не порть им настроение перед выходными.
Чуприс будто ждал, когда его усадит на место спокойный голос Якова Лукича, и вопрос с неисправными прессами как-то сам собой отпал.
После того как зампроизводства (так сокращенно именуется должность Якова Лукича) самолично распорядился вывезти с участка пятьдесят вторую втулку и, похоже, нечаянно обронил: «Чуприса не знаешь?», Ивану показалось, что они знают друг о друге гораздо больше. Впрочем, понять смысл фразы «умеет работать» не трудно в данном случае: прежде чем штамповать дефицитную деталь, Чуприс идет в цех-заказчик и считает остаток. После чего, понятно, у него в руках козырные карты…
Иван не заметил, как очутился на автоматической линии. Глянул на «электронику» — по времени аккурат должен быть именно в этой точке. В таких случаях еще говорят: ноги сами привели. Привычка, наверное. Вместо старшего мастера — сверловщик Самсон вышел навстречу, вытирая вымазанные маслом руки о халат.
— Хавронич не появился?
— Ты знаешь, наведывался вчера — болеет за дело.
— Пускай бы потянул еще пару годков на своей старушке… — Иван окинул взглядом старенькую, латаную-перелатанную линию и поморщился, чувствуя, что говорит не то, что думает.
— Нельзя с таким сердцем. Откочегарил свое на линии. Всему, как говорится, свой срок.
— Двести пятидесятого маховика сколько прогнали?
— Да полсотни будет.
— Отправляйте. — Иван поискал в «гармошке» названный маховик, аккуратно вычеркнул. А про себя отметил с удовлетворением: «У опытного Хавронича, бывало, этих маховиков не допросишься, а тут — с первого захода. Самсон парадом командует… Черт бы побрал эти привычки! Привыкаем ко всему: к маленьким хитростям мастера и заодно — к его нерадивости, которая напрямую оборачивается простоями главного конвейера…»
Путь Ивана лежал на средние прессы. На этом участке свои порядки: если постоянно не тормошить всех — от мастера до штамповщицы, — они выдадут необходимые детали к концу второй смены.
— Привет, Геня. — Начальник смены первый протянул руку. Мастер молодой, работает на участке Третий год. В ушах у него торчит вата, губы улыбчиво вздрагивают.
— Как дела, начальник? Свежий анекдот хочешь?..
— Знаешь, не до анекдотов пока! — нетерпеливо взмахивает рукой Иван, тогда мастер Геня заходит с другого боку:
— Я слышал, брат к тебе приехал…
— Ага. Вот бегал, устраивал на работу.
— К нам? — показывает пальцем в цементный маслянистый пол мастер Геня.
— Не-ет! — важно тычет пальцем в потолок Иван с самым серьезным выражением на лице. — Механик по образованию. В отделе нашлось место.
Мастер Геня тоже уважительно показывает пальцем в потолок, задирает подбородок и понимающе кивает.
— У тебя-то как дела? — в свою очередь участливо интересуется Иван. — Машина все на чужом дворе стоит? Квартиру скоро обещают?
— Обещают. Года через три…
— Закладывай срочно второго пацана — дадут через год. И никуда не денутся, — подбадривает Иван мастера Геню, разворачивает свою «гармошку». — У тебя готовы вот эти наименования?
— Ну-ка… — Мастер Геня без особого энтузиазма заглядывает в список через плечо начальника. — Так. Одну, — он показывает глазами на ящик, — можешь забрать хоть сейчас.
— Выставь на проход. Я трактор подгоню.
— А «головастик» надо мыть.
— А нельзя, чтоб не мыть? — Ивану хочется поскорее рассчитаться с участком, и он готов пойти на маленькую сделку с мастером Геней.
Тот улыбается:
— Вообще-то всегда моем.
— Ладно. Помой, — Иван не рискнул отправлять деталь немытой, хоть она и нужна позарез в четвертом цехе. Забракуют контролеры — придется везти обратно и терять гораздо больше времени на мойку. Через полтора часа — обед. Надо предупредить тракториста, чтобы не смылся раньше времени забивать «козла».
— Так договорились насчет «головастика»? — Иван дружески трогает мастера Геню за плечо. Тот согласно кивает.
До обеда оставалось четверть часа и штамповщицы уже мыли в солярке руки, когда Иван опять вынырнул на участке.
— Как — помыл?
— Помою, — мастер Геня, поправляя в ухе ватку, глядит в сторону.
— А ну, высыпай в мойку! — неожиданно рявкнул Иван, заметив над головой освободившийся кран.
— Ящик подавай. — Мастер Геня окинул невозмутимым взглядом грохочущий кран, мойку, начальника смены.
— Ты, наверно, одурел тут от грохота, да? — язвительно полюбопытствовал Иван и, видя, что мастер Геня никак не прореагировал на укол, опять повысил голос: — Будет! Я пошел… За ящиком для тебя!
