Том завернулся в плащ, положил под щеку руку и постарался хотя бы ненадолго отключиться. В кромешной тьме от усталости и переживаний, у него ничего толком не получилось. Ему все время мерещилось, что кто-то входит. Он вздрагивал, подскакивал, подслеповато выставлял в темноту меч. В короткие провалы, ему снился Вильгельм. Его взгляд. Его смешные улыбки и забавные гримаски. Он обещал защитить его во сне. Почему-то во всех снах Вилл был защитником, а Том каким-то беспомощным. Вот и сейчас, Том стоял перед ним на коленях, обняв за талию, и боялся. А Вилл улыбался, гладил по голове и держал меч наготове. В мозгах все закипало, Том отдаленно понимал, что меч и Вилл — это понятия не совместимые, но все равно это было очень мужественно, трогательно и красиво. Вообще, Вилл часто ему снился, первое время практически каждую ночь. Когда только его довезли до дяди, с Томом случилась тихая истерика и ступор. Он как волчонок шарахался ото всех, кто пытался к нему приблизиться. Шарахался и огрызался. Ни сладкие речи дяди Генриха, ни его дорогие подарки, ничего не могло пересилить в нем дичайший страх перед этим человеком и ситуацией в частности. А ситуация выглядела более чем ужасно — его похитили, привезли куда-то и явно что-то хотят. Не успел стать принцем, а уже убивать собрались. Потом вроде бы отпустило немного. Дядя надарил ему таких вещей, каких у Цветочка не было. В оружейной разрешил выбрать любое оружие. Потом подарил шикарного коня. Приставил к нему пару слуг для обслуживания и несколько человек для охраны. Это Том потом понял, что самому надо защищаться от той охраны, а пока он немого расслабился и сделал вид, что готов играть в эту чудесную игру под кодовым названием «Убей Вилла». Дядя много рассказывал об их семье, клял брата за то, что тот обрек такого мужественного мальчика жить в нищете, и что теперь все в его, Томовой, жизни изменится. Временами Тому казалось, что дядя искренне хочет с ним подружиться, от души с ним возится и таскает за собой по княжеству, учит, как надо сражаться и стрелять из лука. В боевом искусстве милорд ничуть не уступал королю. Такой же сильный и четкий удар, такие же смертоносные выпады. Очень грамотный воин. Пару раз он, заигравшись, едва не убил Тома, останавливался в последний момент, когда у мальчишки дух перехватывало, а жизнь проносилась перед глазами. Но останавливался. А потом у ребенка полдня тряслись руки и ноги от пережитого ужаса. Тома прекрасно кормили, он спал на белых простынях, и ему даже предлагали выбрать себе наложницу. Он застеснялся и отказался. И все было бы замечательно, если бы дядя не повадился ему рассказывать об узурпаторе короле и его выродке Цветочке, который приведет страну к нищете и развалу. Том сначала слушал с умным видом, потом ему это надоело, и он стал лишь кивать абсолютно на всякое его слово, рассказ или предложение. Мама в детстве учила его, что если обстоятельства складываются против, то надо соглашаться с тем, кто сильнее, но делать все равно по-своему. Вот он и делал. А еще он пытался удрать. Так, легко, ненавязчиво, незаметно… Но Рихард всегда оказывался рядом. Смотрел исподлобья, губы сжимал, хмурил брови. Том делал вид, что просто вот так получилось, он засмотрелся, замечтался, задумался… Однако, по взгляду Рихарда становилось понятно, что тот не верит и все время настороже. Приходилось ластиться к дяде, жаловаться на противного охранника и клянчить себе другого, так как этот пугает. А потом умер отец. Эта новость подкосила Тома. Он проревел всю ночь, а наутро увидел сияющего Генриха. Все остальное было как в тумане. И до сих пор в тумане. В кромешной тьме…
Том зря психовал. Ночью его никто не беспокоил, а рано утром в дверь культурно постучали, замок лязгнул.
— Милорд, спускайтесь, мы вас ждем, — велел Рихард.
Милорд с трудом сел. Голова кружилась. Тело разбито. Глаза болят. Шея… Голову он повернул с трудом. Нащупал в темноте фляжку. Сделал большой глоток. Осталось совсем немного. Надо растянуть до замка. Если сейчас не получится сбежать на переправе, то надо будет как-то выкручиваться уже в городе и в замке. Он в ловушке. Хоть убивай к чертям этого идиотского Рихарда! Заорать что ли? Том улыбнулся. Он сейчас ведет себя, как Цветочек. Так же истерит и принимает такие же дурацкие решения. Король, черт его дери, узурпатор, тиран… Боже, слов-то каких нахватался. А ведь раньше даже не слышал таких.
Том медленно спустился во двор. Выглядел он неважно, а чувствовал себя еще хуже. Надо использовать малейшую возможность для побега. От мешка уже пошел запах. Странно, что он заметил это только на улице. Бросить бы… Нельзя. Рихард протянул ему хлеб с мясом, флягу с водой. Есть не хотелось. Пить только. Поспать бы нормально. Ладно, на пароме отдохнет. Лишь бы сесть удобно, чтобы можно было тихо бултыхнуться в воду и удрать от них.
