Вид дерева напомнил о Люпине. С тех пор, как Джеймс и Сириус подружились со Снейпом и Эванс, они перестали общаться с Ремусом и Питером. Ни на уроках, ни за обедом больше не сидели вместе. Их отношения напоминали отношения хороших товарищей по факультету, не больше. И Гарри было интересно, с чем это связано. Если выдастся возможность, надо обязательно спросить. Не то, чтобы она переживала, что лишила юного оборотня друзей. Джеймс и Сириус не единственные на факультете, на кого можно обратить внимание. Но ей было попросту его жалко. После полнолуний выглядел мальчик плохо, измученный, с кругами под глазами. И все же оставался счастливым, она видела, как смотрит он по сторонам, как с радостью колдует. Вынужденное отсутствие в полнолуние не сказывалось на его успеваемости никоим образом, он оставался в числе лучших студентов, хотя и приходилось ему прилагать усилия. А вот Питер трудился на то, чтобы быть в числе крепких середнячков, на большее его магии не хватало. Минерва не раз сетовала на то, что, скорей всего, Петигрю не попадет на продвинутый курс Трансфигурации, ему попросту не хватит на это сил и способностей.
В теплицах приятно пахло влажной землей, стояли в уголке горшочки с рассадой. Шелестели мандрагоры, перебираясь в гости к своим товаркам. Гарри усмехнулась, погрозила кустам пальцем. Те сделали вид, что самые законопослушные и вообще ничего не нарушают, изобразили обычные растения. Каким-то образом мандрагоры различали волшебников, чувствовали, при ком можно устроить безобразия, а с кем лучше не связываться. Нечто на уровне инстинктов, как у животных.
Профессора нигде не наблюдалось, возможно, она в других теплицах, однако Гарри заметила замки на дверях. Единственной открытой оставалась именно эта.
Послышалось шуршание, и Гарри заметила маленькую фигурку в ученическом балахоне, склонившуюся над рассадой фасоли Тентакулы. Ребенок, легко и непринужденно, отрезал лишние усики, пересаживал в другие горшочки. Фасоль чуть ли не мурлыкала, подставлялась под ласковые прикосновения испачканных в соке травы пальцев. А ведь Гарри не понаслышке знала, какое это вредное растение!
— Простите, не подскажите, где профессор Стебль?
Студент подпрыгнул от неожиданности, развернулся и оказался студенткой. Круглые щечки, перемазанные землей, покрылись смущенным румянцем. Девочка выпрямилась, стараясь незаметно вытереть пальцы о края мантии. Гарри поняла, почему приняла ее сначала за мальчишку — вместо привычных косичек или пучков на голове студентки топорщился короткий ежик темно-коричневых волос.
— Профессор ушла к мистеру Филчу, чтобы попросить средства от мышей. Они погрызли несколько безобидных растений, — голос мягкий, негромкий, девочка стеснялась.
— Благодарю, мисс…
— Алиса Блишвик, второй курс Гриффиндора.
Гарри вспомнила ее. Не самая лучшая в нападениях и проклятиях, ей отлично удавались щитовые чары всех мастей, даже те, что проходили курсом старше. Певерелл специально поставила такой эксперимент, справились только Джеймс, Сириус, с натяжкой Люпин и мисс Алиса Блишвик. Девочка всегда старалась держаться в тени, садилась на последнюю парту. Стеснялась, смущалась, говорила негромко. Удивительное явление для Гриффиндора.
Правда, теперь она стала слегка забывать имена студентов младших курсов, так как их передали Аластору Грюму, потому и спросила.
— Может быть, я смогу вам помочь? — тем временем предложила студентка. — Если вам нужны растения, профессор, я помогу набрать, и вы просто оставите профессору Стебль записку, что взяли их, — на этом ее смелость закончилась, она покраснела.
— Буду вам очень признательна, мисс Блишвик. Мне нужны Зубастики.
— О, они здесь! — девочка махнула рукой и направилась вглубь теплицы.
— Что вы можете рассказать о них? — спросила Гарри, наблюдая, как профессионально Алиса срезает их и укладывает в специальную емкость. — Мне они нужны для зелий, как их лучше нарезать? Мне не хотелось бы беспокоить профессора Слизнорта по такому пустяковому поводу.
— Лучше всего сначала срезать лепестки, вот здесь, — девочка поднесла цветочек, показала линию возможного среза. — Затем отделить стебель….
Ее смущение таяло на глазах. Гарри не ошиблась в своих предположениях, при разговоре о растениях мисс Блишвик расцветала, теряла стеснительность, становилась более уверенной. Это напомнило ей Невилла, который мог взорвать котел с зельем, запутаться в ногах на лестнице, но столько всего знал о растениях, что голова кружилась, когда он вываливал весь ворох информации на благодарного слушателя.
Кстати, его возможный будущий отец, Френк Лонгботтом, проявлял склонность к Трансфигурации, неплохо защищался. Он станет отличный аврором, если подтянет Чары.
— Не сочтите за грубость, мисс Блишвик, — идея, пришедшая в голову, казалась удачной, — но вам определенно больше подошел бы Пуффендуй. Не за душевные качества, здесь вы достойны Гриффиндора, но за старательность, за любовь к труду.
Девочка покраснела, робко улыбнулась и подняла глаза на учителя.
