— Я клянусь до тридцати лет не присоединяться к лорду Волдеморту и его организации, не поддерживать их, выбирая сторону наблюдателя, — рядом с тяжело дышащей Беллой поднялся Рудольфус Лестрейндж. Язычок пламени впитался и в его кожу, а парень взял дрожащую ладошку девушки и поцеловал тонкие пальчики. — Я во всем поддержу свою будущую жену.
Белла захлопала глазами, взгляд ее изменился. Она посмотрела на высокого, широкоплечего шатена немного под другим углом.
С занятия все разошлись ошарашенные и озадаченные, слизеринцам было, о чем подумать. А Гарри, вернувшись в свои покои, рухнула без сил на диван. Она справилась, двоих сторонников точно убрала с доски. Неизвестно, чем это аукнется в будущем, но хотя бы живы останутся. У Блэков и Лестрейнджей много родственников в Италии и Испании, там, куда не дотянутся загребущие лапки Тома.
Сигнал показал, что кто-то жаждет пообщаться с деканом Слизерина. Гарри поднялась оправила платье и открыла дверь.
На пороге стояла Андромеда Блэк.
— Мисс Блэк, прошу проходите. Чаю?
— Не откажусь, — девушка опустилась на диван, склонила голову, сжав ручками подол юбки.
Гарри вызывала домовика, приказала ему подать чай и что-нибудь сладкое. И села напротив гостьи, благо поставила вокруг столика два дивана, а стол отодвинула в угол.
— Что привело вас ко мне, мисс Блэк?
Андромеда вскинула голову, и стало понятно, что, несмотря на внешнее сходство двух сестер, внутри она отличается от Беллы. Более мягкая, более чувственная и нежная.
— Я хотела бы поблагодарить вас, декан. За клятву моей сестры. Не только потому, что она не позволит ей вмешиваться в политику. Белла слишком… темпераментна для этого, — Гарри хмыкнула тихонько, и Андромеда понимающе улыбнулась. Странно, вроде бы сидит четверокурсница, подросток, а видит перед собой Гарри взрослую Нарциссу, леди Малфой. — Они с Руди… помолвлены давно, и до этого она не обращала на него внимания. А благодаря его клятве…. Но я хотела поблагодарить вас еще и за факультатив. Я… я встречаюсь с пуффендуйцем, Тедом Тонксом.
— Тед Тонкс, — Гарри сделала вид, что припоминает. — Отличные способности к Трансфигурации и Чарам, очень вежливый и добрый молодой человек. Неплохой выбор.
— Да, я тоже так считаю, — девушка покраснела. — Я боялась, как отнесутся к нему мои сестры. За Нарциссу я не волновалась, но вот Белла… она не слишком любила маглов, вернее, не понимала их. Однако из-за ваших лекций…. Надеюсь, все изменится.
— Я тоже на это надеюсь, мисс Блэк. Но как же ваши родители? Как они отнесутся к вашему браку с маглом?
— Кровь давно пора было обновлять, — безразлично пожала плечами Андромеда. — Мнение родителей меня не слишком интересует, мы с Тедом справимся вдвоем. Главное, чтобы сестры были на моей стороне.
Гарри задумалась, как же воспитывались сестры Блэк, если ни во что не ставят родителей и их решения, будь то помолвка Беллы или выбор Андромеды. И любят только друг друга? Нет, так далеко лучше не заходить.
— Уверена, все будет хорошо. Не торопитесь, мисс Блэк, присмотритесь. У вас для этого достаточно времени.
— Спасибо, декан, — Андромеда отставила чашку и поднялась. — И спокойной ночи.
— Спокойной ночи, мисс Блэк.
Гарри закрыла дверь и снова рухнула на диван. Грудь переполняла усталая эйфория. Получилось. У нее получилось.
— До встречи. Удачно отдохнуть на каникулах! — Гарри прощалась со своими студентами у дверей школы.
Кареты с невидимыми лошадями уже должны были доставить их к станции, откуда поезд отвезет их в Лондон. А уже родители встретят на вокзале Кингс-Кросс. Каждому Гарри отправила письмо с точным временем прибытия состава.
— До свидания, декан!
День отъезда совпал с первым в этом году снегом. Легкий и пушистый, он мигом укрыл темно-желтые шотландские поля и холмы. И на белоснежном фоне особенно красиво смотрелись серебристо-зеленые шарфы ее слизеринцев.
Ее. Слизеринцев. Кто бы мог подумать, что однажды она будет преподавать на этом факультете, станет их деканом и будет заботиться о змейках. В молодости она на дух их не переносила, хотя до сих пор не могла понять, откуда взялись эти чувства. Ведь она воспитывалась у маглов, не имела традиционных для всех волшебников предубеждений, будь то настоящее имя Тома или отношение к незнакомому тогда факультету Слизерин. В свое оправдание Гарри могла лишь сказать, что Малфой-младший в то время был редкостным засранцем. Возможно, предложи он дружбу иначе, и все сложилось бы по-другому. Но что теперь размышлять? У нее начались выходные, когда она может позволить себе поваляться подольше в постельке, с интересной книжечкой и бокалом глинтвейна. Или сходить на рождественские мистерии в театр в магическом квартале. Да мало ли развлечений у одинокой, обеспеченной молодой женщины? Студенты все разъехались, артефакты она сдала в Гринготс еще пару дней назад, хотя и пришлось попотеть по ночам. И теперь она может позволить себе немного расслабиться.
Наведаться в Мунго и встряхнуть Гиппократа, наверняка уже покрывшегося пылью от постоянных ночных дежурств. Разве так можно издеваться над лучшим медиком больницы?
