Внизу несколько человек под командованием Антония Волка волокли куда-то тяжёлую раму. Пол был усыпан осколками стекла, деревянные панно сорваны со стен − вытащить такое огромное зеркало оказалось нелёгкой задачей. Слуги лорда причитали над беспорядком, учинённым стражей королевы в хозяйском замке. Понаблюдав несколько минут, Фин негромко, но повелительно спросил:
− Что здесь происходит?
− Зеркало уносим, − не оборачиваясь, буркнул капитан стражи.
− И зачем вы к нему полезли?
− Её Величество велели разбить, чтобы никто не читал надпись.
− Кто-нибудь догадался скопировать текст?
− Не было такого указания.
− Дурак, − процедил глава канцелярии: он питал неприязнь к твердолобому исполнительному Волку.
Ему пришлось вернуться к королеве ни с чем. Лорд Барнетт уже ждал в комнате и приветствовал Фина низким поклоном. За его спиной маячила пара слуг − пожилой и молодой. Мельком взглянув на собравшихся, канцлер-страж с порога обратился к Её Величеству.
− Что за детские выходки, мадонна! Теперь ни возможности сличить почерк, ни восстановить содержание, − в голосе Фина проскальзывали нетерпеливо-холодные нотки.
− Мы не могли вынести подобного надругательства над нашей королевской честью! − высокомерно ответила Ева-Мария.
− Несомненно, Ваша Милость, всё это было подстроено специально к поэтическому конкурсу, − заметил церемониймейстер. − Послание было написано стихами, с хорошей рифмой, кроме одного места.
− Излагайте суть дела, а не свои домыслы, − сухо перебил Фин. − Меня интересует текст.
− Э-э-э, − замялся лорд Барнетт и испуганно посмотрел на Её Величество.
− Да, королеве это неприятно, но сейчас не время для сантиментов, − подпнул его канцлер-страж. − Начнём с начала. Кто первым увидел надпись?
− В-вот этот человек, − Барнетт дрожащим пальцем указал на долговязого субъекта в ливрее. − Это Бóррис, старший слуга в замке Кельвинов.
− Господин Кельвин велел лично проследить за тем, чтобы гостей разместили наилучшим образом-с, − слегка запинаясь, произнёс слуга. − Поэтому я встал раньше всех и отправился будить повара, чтобы он не задерживал с завтраком-с. Надо было также украсить столовую цветами из сада и разбудить этих бездельниц, служанок миледи Элии. Они так привыкли, что хозяйка всё делает сама, что непозволительно обленились.
− Ближе к делу! − потребовал Фин, и слуга зачастил, проглатывая окончания слов.
− Я пару раз прошёл через гостиную, но сперва ничего не заметил, потому как было ещё совсем темно. Когда просветлело, покажись мне, будто зеркало грязное. Я велел одной из служанок протереть его и тут вижу, что там буквы какие-то. Подошёл я поближе глянуть − жуть, срамота! Хотел стереть непотребство, да краска хоть и свежая, а ведь никак не отходит. Я велел постельничему, чтоб он разбудил господина лорда, и пока подлец препирался со мной, прошло приличное время; тогда я направился к распорядителю. Их Милость не поверили-с моим словам, велели-с подать халат и самолично спустились вниз, а там уже несколько вставших рано гостей стояли возле этого зеркала и читали-с.
− Какое безобразие! − покраснела королева. − Из-за вашего ротозейства этот гадкий стишок увидели посторонние! Теперь все только и делают, что пересказывают его тем, кто не видел!
− Продолжайте, − приказал, оглянувшись на девушку, начальник канцелярии.
− Господин Бейн долго не знали, что делать, они приказали очистить зеркало, но краска, как я уже говорил, не сходила. Тогда они хотели вынести его, но зеркало-то старое, фамильное, крепко вделано в стену. Послали тогда за господином церемониймейстером.
− Я посоветовал завесить надпись, − вмешался Барнетт. − Мы все опасались что-либо предпринимать − по крайней мере, до указаний Вашего Величества.
− Опасались! Да вы предприняли всё, чтоб нас опозорить! − воскликнула Ева-Мария.
− Никто из слуг не заметил ничего странного ночью?
− Все спали-с, − ответил Боррис. − Распорядитель лично опрашивал всех до последней поломойки. Видите ли, сударь, мы несколько дней готовили замок к приезду гостей, такое ответственное дело-с.
− А это кто? − Фин указал на второго слугу, робко переминавшегося у двери.
− Младший камердинер господина лорда-с, − засуетился долговязый. − Елесар, подойди ближе, чего ты там жмёшься.
Тот сделал пару нерешительных шагов и остановился.
− Н-да, − Фин осмотрел молодого слугу пристальным взглядом, от которого Елесар смутился и покраснел. − И как он связан с этой историей?
− Вы спрашивали, не было ли ночью чего необычного, − долговязый икнул и замолк с выпученными глазами.
− Хватит мямлить! − разозлился канцлер-страж. − В загадки поиграете после, со смазливой служанкой. Дело касается королевы: будете хитрить и недоговаривать − продолжим разговор в другом месте.
− Как прикажете, Ваша Милость, − Боррис в мгновение сделался бледнее мела и дал Елесару затрещину. − Ну, давай, говори же: видишь, дело-то не шутка!
