— Посмотри, — все с тем же негромким восторгом беззлобного идиота прошептал Иртенев, обводя рукой эту помесь хорошо обжитого вороньего гнезда — с помойкой, — и брось доставать всякими глупостями.
— Дурак, — поджав губы, проговорил Гельветов, с легким отвращением оглядывая уродливое сооружение, занимавшее почти весь исполинский стол вместе со специально приделанными к нему полками из плохо струганного дерева, — какую вещь испортил.
— Верхогляд и чистюля, — заявил математик, — о чем ты говоришь? Об убогом карлике, жившем здесь две недели назад? А экранчик твой красивенький — так и вообще меня не удовлетворяет! Мал, и четкость п-паршивая…
— Микросхемы, — ровным, терпеливым, но при этом все-таки, каким-то способом, — угрожающим голосом промолвил Гельветов, — иде?
— Какие?
— С интеграцией на полтора миллиона. Те, которые должен был позавчера сдать.
— Это — кремниевые такие?
— Во-во. Прямоугольненькие такие. С то-оненькими проводочками.
— Не надо. Никаких полупроводников, никакого кремния… Да не гляди ты на меня так, сделали мы тот проект, куда-то в PROJ. засунули, только не надо этого, даже нельзя просто-напросто…
— Давай.
— Да не надо, говорю! Смотри сюда… Помнишь, — Вайский о Д-структурах говорил?
— Ну?
— Хрен гну! Воспроизвели — слышал?
— Слышал.
— Сначала — просто так воспроизвели, как попало, а потом подобрали спецурку из имеющихся "мосов". Проводит! Над "мос"-дорожкой, вторым слоем, — отражающий слой, вместо изоляции, и тоже прекрасно держит. Это ясно, да?
— Ясно, ясно, сам делал. Дальше что?
— А теперь гляди сюда: половина элементов Д-структуры имеют "партнерские" элементы во втором слое. Понятно?
— И?
— Двухкомпонентный комплекс запросто конформирует со сменой полярности и намертво запирает проводник. Вот тебе аналог триода, причем без отдельного устройства… Таким вот образом, — на стеклянном квадрате, подчиняясь небрежной игре пальцев математика, возникали, преобразовывались и растворялись без следа диковинные, со вновь изобретенными специально для их дела символами, — а вот так они соединяются в элементарный сумматор… Проверяем, — а схема соответствует твоей любимой микросхеме, — у нас п-получается. Тогда мы фиксируем "мос"-ы, — так, как ты придумал для "подносов", только вместо них — у нас упакованные дорожки с одной цепочкой "гнезд". Все. Схема готова. Миниатюризация — на порядок при самом бессовестном дублировании, энергопотребление — тьфу! — а главное, — она не греется. Но…
Он замолк, будто не решаясь продолжать и с сомнением поглядывая на начальство. Гельветов, глядя на него — демонстративно выжидал, а потом, когда пауза подзатянулось, почел за благо не выдержать:
— Что там у вас еще за пазухой? Колись, колись!
— Видишь ли… У нас "триоды" находятся в фиксированных местах, там где имеется ввиду "ввод", так?
— Ну?
— Так ведь дорожка-то — на всем протяжении одинакова! В принципе — никакого запрета на то, чтобы вводить их по мере необходимости в любом месте.
— А… зачем?
— Ну… не знаю. Но в принципе — это возможность менять архитектуру устройства в зависимости от конкретных задач. Может быть, — может быть! — ежели бы удалось создать своего рода алгоритм, получилось бы нечто вроде нового типа памяти.
— Понятно. Так что ничего такого, что можно было бы пощупать, у вас так и нет?
Вместо ответа Иртенев подал ему один из лежавших на столе Подозрительных Предметов. Гельветов содрогнулся: с виду изделие напоминало не то раздутый гороховый стручок, не то — нечищеный арахисовый орех, и отличалось серовато-желтым, безотчетно мерзким цветом, — только по полюсам виднелись жилы выводов. Привычным усилием воли подавив рвотный позыв, Гельветов сохранил на лице обычное свое бесстрастное выражение и даже заставил себя взять это — в руки.
— Напоминает хорошо высушенное собачье дерьмо с торчащими из него жопными волосиками, — задумчиво проговорил он, — только, наверное, потверже будет… А?
— Ага, — немедленно окрысился математик, — а тебе, понятно, подавай аккуратный брикетик. С аккуратными буковками. Это, знаешь ли, лютое эстетство! Эстетические вкусы — они меняются.
— Чтоб. Корпус. Был. Человеческий!!! Мать вашу р-распросучью! И маркировка чтоб! Хоть сами рисуйте! Я вас, блядей, научу под ноги-то глядеть! Вы у меня забудете, что второстепенные проблемы — вообще существуют! Говняют-говняют, сделают — неудобно до смерти, а уж вид-то, — глянуть на вещь невозможно, а они делают вид, что это — ниже их сратого достоинства! Чтоб при монтаже людям — удобно было, а спутать — нельзя никак!
— Ой… Ну что ты раскипятился? Параметры-то — классные! И гляди еще: мы сделаем, как ты просишь, красивый корпус, так, н-нафаршируем его, — помимо пары-тройки десятков чуть измененных готовых схем, — "дорожками" с деактивированными "мос"-ами и заливаем жидкой фазой из сверхинертной жидкости на фторсиликатной основе. Понял? Получается гель.
— Начинаю понимать. А зачем?
