– Сейчас-сейчас, – вежливо откликнулся Керст, – это ведь сформулировать надо надлежащим образом… "Скитальцами" у нас называют нечто вроде самолетов с предельно облегченной конструкцией. Понимаете? По-настоящему предельно. Каркас – монолитная фигура из непрерывной балки, пустотелой и с переменным сечением, благодаря чему где нужно – работает на сжатие, а где нужно – на растяжение. Все это опутано паутиной из бездефектной нити и сверху оклеено пленкой в пять соток толщиной. Пропеллер монокристаллический, относительно большого диаметра и с увеличенным числом лопастей, молекулярно-декомпактизированный во внутренних слоях. ЭХГ алокального типа, – то есть элементы его заодно играют роль элементов конструкции, – со степенью прямоточности не менее семидесяти процентов, – Несвицкий – кивал, либо делал вид, либо и впрямь соображал чего-то, хотя, по Режиму, и не должен бы, – так называемое "полукапиллярное" хранение топлива и, соответственно, сорок-пятьдесят процентов степень капиллярности в подаче. Роль пусковых конденсаторов выполняют ячейки каркаса, а электроника – навита по спирали вокруг конструкционных нитей, запараллелена и многократно дублирована. Без экипажа эта конструкция даже при дневном свете напоминает просто-напросто тень, ни один радар не видит ее в упор, но экипаж тоже можно упрятать за отражающими плоскостями, расположенными под углом, укрытыми под поверхностью и тоже сетчатыми. Если модель на крейсерском пролетит над вами ночью, на высоте в двести метров, вы, скорее всего, не услышите ничего. Пустую машину размером с "Ан-двенадцатый" вы запросто отбуксируете, куда требуется, вручную. Соответственно этому дикая сложность разработки и композиции. Очень, очень дорогая получается вещь.
– А мораль?
– Резонный вопрос. Уже по моему занудному описанию вы могли сделать вывод, что речь идет о конструкции сугубо экспериментальной, предназначенной для комплексной отработки сразу многих м-м-м… новых конструктивных решений. Эта экспериментальная модель дважды облетела вокруг земли без посадки и дозаправки, со средней скоростью четыреста пятьдесят, затратив, таким образом, около семи с половиной суток.
– Бывают еще, – глухим голосом добавил Федор Иванович, – "квази-скитальцы".
– Совершенно верно, – Керст вежливо наклонил голову в сторону его спины, – возможны и осуществимы конструкции, где внедрена только часть перечисленных конструктивных решений. Из соображений большей скорости или грузоподъемности.
– Или боевой живучести.
– Совершенно верно, – слегка поклонился Петр Карлович, – а в данном случае мы имеем дело с чем-то, по мнению Федора Ивановича весьма напоминающим "скиталец"… Или квази-скиталец. Установить это точно может только вскрытие.
– Товарищ полковник, – позвал Зелот, по прежнему не отрываясь от экрана, – ваш человек не может как-нибудь показать крышу цеха? Ага, во-во-во… прямо над "объемом"… Так и есть. Петр Карлыч, – взгляните, там проем в гектар и раздвижные створки…
– То есть, насколько я понял, у вас ничего подобного пока что нет?
– Это относится к категории сведений, – не моргнув глазом, ответил Керст, – имеющих строго секретный характер.
– Значит, – это слизано у вас?
– Насчет этого мы можем ответить уверенно: ни в коем случае.
– А теперь я приведу пару рассуждений, а вы меня поправите, если я ошибаюсь… Если не вдаваться в подробности, то "круизер" – это такой большой "скиталец" на который можно взгромоздить несколько тонн груза вместе с теми, кто будет этот груз сопровождать, и срулить, к примеру, в Штаты так, что этого никакой радар сроду не заметит. – Он оглядел находившейся с ним директорат, никто ему вроде бы не возражал, и полковник продолжил. – На подобную вещь можно пойти либо от великого хамства, порожденного полнейшей безнаказанностью, либо от великой нужды, когда большой груз непременно надо переправить сразу, а значит – скорее всего речь идет о комплекте чего-то такого. Верно?
– Ну, если оставить в стороне незначительные детали и шероховатости, то – не лишено. Весьма.
– Того, что мы видели, уже более, чем достаточно для начала сколь угодно решительных действий, но меня сейчас больше всего интересует даже не это: вы можете мне сказать, – это они или не они?
Керст перевел немигающий взгляд на Федора Ивановича:
– Что скажете?
Зелот фыркнул.
– Драй-технологии у нас применяются всего в трех местах на всю страну. По совести говоря, к ним прибегают только тогда, когда позарез нужно быстро-быстро сляпать что-нибудь уж очень фундаментальное. По нашим стандартам изделия, полученные таким способом требуют в три раза более высокий контрольный коэффициэнт, чем аналогичные, но сделанные "по-мокрому". Понятное дело, – никому этот цорэс не нужен, но есть и еще одно обстоятельство: тут нужна без преувеличения исключительная квалификация. То есть очень высокая и очень нестандартная. Практически все такие группы сосредоточены у меня, но и во всем "Новфарм"-е их можно пересчитать по пальцам. Одной руки. Так что можете не сомневаться, те это персоны или нет, в конце концов совершенно безразлично: это те люди.
