Обернувшись к ар Вигро я увидела, что она пятится назад, словно её что-то напугало. А эмир ар Фархаш вдруг прерывисто вздохнул. Даже при закрытом лице его зрачки почернели, во взгляде блеснуло дикое желание. Он различил запах самки своего вида. Запах был такой манящий, что перекрыл все другие мысли и желания.
— Кто это? — глухо проговорил он, надвигаясь. — Я чую…
— Прочь, — прошипела ар Вигро, отступая. — Не подходи ко мне.
Я увидела, как она судорожно переводит взгляд на виверну Эргана.
— Что он делает? — тихо спросила я у мужа, но тот лишь пожал плечами, столь же ошарашенный, как и я. Судя по дикой энергии, бившей от ледяного дракона, у него включились брачные инстинкты. Видимо, он почуял что-то в ар Вигро: её драконья сущность пульсировала, выдавая запах единственно возможной для него самки.
— Нет… — рыкнула пепельная драконица и сделала ещё пару шагов назад. — Нет, я не хочу…
В следующий миг она резким движением оттолкнула меня и Эргана, бросилась к виверне, стоявшей чуть в стороне. Мгновенно взлетела в седло, и пустила виверну вскачь. Виверна всхрапнула, ощутив чужую руку, но повиновалась ментальной воле дракона, вскочив на задние лапы. Толпа притихла, совсем позабыв о прожекторах и «пожаре».
Но ещё большим шоком обернулось то, что сделал ар Фархаш. Прямо в толпе он, в нарушение всех правил обернулся драконом. Серебристые чешуйки поблескивали в искусственном свете, гигантские крылья распахнулись над головами застывших в ужасе людей. Рык, вырвавшийся из его пасти, был пропитан яростной жаждой догнать беглянку.
Ледяной дракон резко оттолкнулся, подняв в воздух песок и разметав людей, что стояли слишком близко. Как он никого не задавил на смерть, остаётся загадкой. Дракон расправил крылья и воспарил, при этом зацепив когтями с противным скребущим звуком шаттл Эргана. Несколько человек и оборотней упали от мощного удара его хвоста о землю.
— Надо проследить, — прошептала я, оторопело глядя в небо, где ледяной дракон мчался за Эйрин ар Вигро. — Я отвечаю за неё.
— Спокойно, — тихо сказал Эрган, хотя и сам выглядел напряжённым. — Идём в шаттл.
Я кивнула, и мы рванули к нашему шаттлу. Вокруг вновь зашумела толпа смачно пересказывая с подробностями кто что увидел.
Но я их уже не слышала. В душе я понимала чем всё закончится — ритуальным боев самки и самца в ипостаси драконов. Но Ар Вигро не собираясь добровольно вступать в новые отношения. Мы с ней об этом говорили.
Как только Эрган запустил двигатели, шаттл сорвался с места, выстрелив в ночное небо над Шатхаром. Через обзорные экраны мы видели двух драконов яростно сражающихся в ночном небе.
— Духи, — прошептала я, откидываясь на кресло второго пилота. — Что за безумная ночь…
И уже знала: когда бой закончится, всё изменится и для ар Вигро, и для ледяного дракона с севера, и, возможно, для нас. Кто бы мог подумать, что я привезла на планету ещё одну истинную пару для бывшего изгнанника-дракона!
Ночь в пустыне была прохладнее, чем день, но жара, впитанная песком, ещё колыхалась в воздухе. Над горизонтом висели яркие звёзды, а тусклый лунный свет окрашивал барханы в бледно-голубой оттенок. Я вела шаттл на небольшой высоте, следя за показаниями сканера. Две тепловые сигнатуры удалялись в сторону гор, их траектории хаотично пересекались.
— Они дерутся? — прошептала я, вглядываясь в картину, которую выдавали экраны.
— Похоже на ритуальный бой, — ответил Эрган. — Но ар Вигро не та, кто сдастся без сопротивления.
Когда шаттл пересёк последний бархан, сцена открылась перед нами во всей красе. В серебристом лунном свете два драконьих силуэта кружили над песком, сталкивались в воздухе и снова расходились. Один — величественный, сверкающий, как клинок под холодным светом, другой — перламутрово-серый с темными разводами по крыльям. Они сплетались в стремительных рывках, а самочка полыхала гневными вспышками огня.
— Он поддаётся ей? — удивилась я, замечая кровавые полосы на боку серебристого дракона.
— Это брачный ритуал. Мы с тобой прошли через похожее, — хмыкнул Эрган.
Я вспомнила нашу первую схватку в воздухе, наше столкновение аур, огонь в жилах и тот момент, когда сопротивление превратилось в признание. В груди запульсировало узнавание — теперь этот путь предстояло пройти ар Вигро и Фархашу.
— Он пытается прижать её, но не ранит, — я следила за тем, как его лапы скользили по загривку драконицы, удерживая, но не причиняя боли. — Она злится… но её аура уже не такая резкая.
— Скоро она примет его, — тихо сказал Эрган.
— Если примет, то только на своих условиях, — возразила я, но понимала: этот спор уже решён самой природой.
