Я ослабил хватку вокруг ножа, как только обнаружил источник звука. Аиша выползла из палатки. Я почти было встал, ожидая, что она хочет сменить меня в дозоре. Вместо этого она подошла к палатке Райана. Я заморгал в темноте, как будто надеясь, что её присутствие мне померещилось.
Амир был прав. Что-то происходило между Аишей и Райаном.
Через несколько мгновений Амир раздвинул молнию на своей палатке.
– Я что-то слышал.
Я сглотнул.
– Что? Нет, всё тихо, как обычно. Ничего не видно.
Он вылез из палатки и стащил моё одеяло.
– Иди отсюда. Теперь моя очередь.
Я опять схватил одеяло и потянул.
– Нет, Амир. Позже. Поспи ещё немного.
Если он увидит, как Аиша покидает палатку Райана, его сердце разобьётся на тысячу осколков. Я видел, как он смотрел на неё. Я понимал, что он к ней привязан.
Амир вздохнул.
– Брось, Таран. Ну почему с тобой так сложно?
– Я не устал.
– Круги под глазами противоречат тебе, младшенький. – Он с силой потянул одеяло, и оно выскочило у меня из рук. – Ступай отсюда.
С большой неохотой я отправился в свою палатку. Я опасался за сердце брата сильнее, чем боялся опасностей в этом Лабиринте.
Баба однажды рассказал мне о звёздах.
– Какой бы тёмной ни была ночь, – сказал он тогда, – ты всегда можешь рассчитывать на звёзды, мой мальчик.
Мы сидели на скамейке, в то время он ещё дышал и читал мне мораль о девушке, в которую я был без ума влюблён. Она отвергла меня. Я был так зол, что Баба сравнил мою жизнь с небом и этими дурацкими звёздами. С чем-то неосязаемым.
Теперь я понимал, что он хотел сказать. С Тараном ему не нужно было говорить о звёздах. Таран всегда был полон надежд. Нет, мой младший брат никогда не сдавался, что бы ни случилось.
Меня выдернуло из размышлений, когда Райан осторожно расстегнул молнию в своей палатке. Я чуть было не поднял руку, привлекая его внимание, но из палатки вышел вовсе не Райан. Аиша выползла из проёма и пошла в направлении деревьев.
Я крепко прижался спиной к стене. Что только она делала в палатке Райана? И почему она ушла одна? Я провожал глазами её силуэт, пока темнота не проглотила его.
Всё тихо, как обычно. Таран соврал. Теперь я знал, почему он никак не поддавался уговорам. Он видел, как Аиша прокралась в палатку шахзаде.
Я поднялся на ноги, не в силах сдержаться. Что-то полыхнуло. Я знал, что не стоит идти за ней, но мне было всё равно.
Аиша прислонилась головой к одному из деревьев. Я чуть не повернул назад.
– Ты нашла утешение, которого искала?
Она вздрогнула, услышав мой голос, и испуганно посмотрела на меня. Щёки у неё блестели.
– Утешение? О чём ты… – Она заморгала сквозь слёзы. Взгляд её посуровел. – Понятно.
– Нет, ничего тебе не понятно. Ты безумна, если думаешь, что тебя примут в его семью. Разве ты не видишь, что он использует тебя, пока можно?
Она оцепенело смотрела на меня.
– Оставь меня в покое. Ты не знаешь, что происходит.
Я подошёл к ней.
– Ты всерьёз ожидаешь, что я поверю, будто между вами ничего не происходит? Во время Лабиринта ты была так безумно в него влюблена, что выдавала меня за своего брата.
– О, Амир. – Она горько рассмеялась. – Как бы мне хотелось, чтобы всё было так просто. Вот честно.
– Тогда объясни мне. – Я понимал, как напористо веду себя, и мне было самому тошно. Она не заслуживала такого допроса, неважно, в каком я был состоянии. Аиша могла целоваться с кем хотела.
– Ну хорошо. – Она сделала глубокий вдох. – Я хотела понять, можем ли мы доверять Райану.
– Почему? Из-за его сердца?
– Он так держится за свой рюкзак. Я хотела посмотреть, что в нём. Мне известны последствия Чёрного сердца. Я должна была убедиться, что могу доверять ему, и поэтому предала его доверие.
Я вытаращился на неё.
– Ты влезла в его палатку, чтобы обыскать его рюкзак?
Она устало заморгала глазами.
– Да.
– Ты что-нибудь нашла?
Она покачала головой и отвернула лицо.
– Я лишь выставила себя полной дурой.
– Это ложь.
Она вытерла щёки.
– Я знаю, тебе приятно меня ненавидеть, но я не хочу ничего дурного.
– Приятно? – Я стиснул кулаки. – Это нисколько не приятно. Я пытаюсь тебя ненавидеть, чтобы забыть, как я хочу тебя целовать. – Я уставился на деревья, лишь бы не смотреть на неё.
Я хотел, чтобы она что-нибудь сказала, хотя и боялся слов, которые мог услышать. Когда она говорила, я хотел, чтобы она заткнулась, потому что её голос требовал моего безраздельного внимания. А когда она молчала… Когда она молчала, я хотел знать, о чём она думает, о чём не говорит вслух.
– Неправда, – хрипло проговорила она. – Ты ничего ко мне не испытываешь. Я вижу это в твоих глазах. Ты меня ненавидишь.
Я сделал шаг по направлению к ней.
– Неправда.
Она всполошённо посмотрела на меня и застыла, когда мои ладони скользнули по её рукам.
– Амир… – Она сглотнула.
Может, она думала, что я опять попытаюсь её убить. По просьбе Сахира она создала тех жутких тварей в Лабиринте. Если бы она не позволила ему управлять собой, всё сложилось бы совершенно иначе. Я бы меньше презирал себя и своё глупое чувство к ней.
– Я хочу тебя ненавидеть. – Мои пальцы глубже впились в её руки. – Но не могу.
