Что это за новости такие: проиграл десять лет жизни? Что за дурацкое вранье? Да понятно же, что Он, если бы и стал играть с человеком в азартные игры, то уж точно не на какие-то годы: зачем Ему принуждать кого-то служить, когда можно нанять, привлечь, подкупить? Совершенно не Его методы. А если вот этот человек сейчас просто психанет, развернется и уйдет, то придется долго и муторно искать другую кандидатуру, думал Адам. Ну спасибо Тебе, дорогой, помог так помог! Ты вот ради этого говорил: «Я поприсутствую на этом собеседовании»? Да чтоб Тебе самому кто-нибудь так поприсутствовал!
Но Ярослав Викторович никуда не ушел. Он сначала побледнел, потом практически позеленел и, кажется, поверил. Поверил! Сразу видно, что он вообще Его не знает. Не знает, не общался, дел общих не имел, но почему-то верит и, кажется, узнает. "Знать бы, что здесь происходит", — подумал Адам. Но, ему, как обычно, пришлось сначала действовать, а уже потом понимать.
Десять лет. Десять! Ярослав испытал от этих слов настоящий ужас, почему-то сразу поверил, без тени сомнения: да, проиграл, действительно, а что не помнил, с чего вообще решил податься в инженеры, — это частности и детали. То есть, всю свою жизнь он готовился — вот к этому? Красивый сюжет, ничего не скажешь, но лучше бы это случилось с кем-нибудь другим.
Позже Ярослав изменит мнение, но пока что до этого было довольно далеко. Он попытался собраться с мыслями и вычленить из сонма вопросов главный («как же так и что теперь делать» — не считается, его не этим людям надо задавать), в итоге спросил:
— Кто ты такой?
— Я — в некотором роде и есть этот торговый центр.
Ярослав не стал ничего переспрашивать, а просто продолжил на него смотреть в ожидании нормального ответа. Очевидно же, что такое объяснение ничего не объясняет.
— Можно сказать, что я дух этого места, если так тебе будет понятнее.
О да. Гораздо понятнее, конечно. Он снова промолчал.
— Когда мы встретились в прошлый раз, ты мне тоже не поверил, и мне пришлось демонстрировать тебе всякие дурацкие фокусы, вроде перестраивания стен и исчезновения прилавков. Но на этот раз ты приехал на восьмой этаж трехэтажного здания, сам бы должен понимать, что критичность стоило оставить где-нибудь в лифте, — с упреком и даже немного обиженно сказал красавец.
— Точно. Лифт, — от упоминания о нем в голове у Ярослава что-то щелкнуло, и он наконец-то вспомнил о том, зачем на самом деле сюда пришел. — Если все так, как ты говоришь, то куда ты дел ту пиццерию, которая была на месте лифта?
"Дух места" понимающе улыбнулся.
— Тебя интересует пиццерия или Рита?
— Вы сами знаете, — пожал плечами Ярослав. Какой смысл отпираться? — Где она?
— Мы за ней не следим, — сказал красавец. — Скорее всего, отлучилась поесть. Поэтому пиццерии не стало, она только на ней и держится. А я просто воспользовался тем, что место свободно. Но если хочешь, можем ее найти.
Ярослав просто кивнул, потому что понял, что если будет задавать каждый вопрос, который приходит ему в голову, то, во-первых, никакого времени не хватит, во-вторых, голова его бесславно лопнет, не вместив ответов. Но у нас примерный список вопросов есть.
Почему Рита не ест в своей пиццерии, а отлучается куда-то? Что значит «только на ней и держится»? Каким образом заведение может «держаться» на человеке? И человек ли Рита? Где теперь расположен районный психдиспансер? Дадут ли ему справку, когда он будет менять водительские права? Точно ли ему покажут Риту или этот красавец его дурит? Существовала ли Рита на самом деле? Не лежит ли он в коме, красиво галлюцинируя? И если да, то когда началась галлюцинация? Он хоть последний объект сдать успел? Как, все-таки, в ту стену попал лифт? Управляет ли этот мужик лифтами лично или просто понтуется? И если управляет, то на кой черт ему технический директор, он же сам все может? Стоит ли спросить его насчет загробной жизни или это не по его профилю?
В общем, Ярослав просто кивнул. Красавец взял пульт, включил телевизор, некоторое время сосредоточенно пялился в пустой экран, потом сказал:
— Ну да, угадал. У Риты обед. Не уверен, правда, что тебе будет приятно на это смотреть.
