Из кабинета вышли все трое, мирно разговаривая, как будто ничего и не случилось. Да, собственно, ничего и не случилось, так как примирила всех карта Европы, которую собиралась украсть бедная Акуля – уборщица, получавшая 60 руб. в месяц при стоимости одного кило мяса в 32 рубля и 1 кило хлеба – в 3 р. 50 к. «А одеться? Как хошь!» Вот и решилась Акуля на госпреступление.
Залезала с вечера на чердак школы и выбирала себе одну из географических или исторических карт прежней гимназии, заброшенных на чердак в первые дни большевизма, как предметы реакционные и опасные. Карты были наклеены на прекрасный холст или материю. Акуля спала ночь на картах, а утром рано, когда директор входил в школу, надевала на голое тело одну из карт, сверху платье и шла домой, немного шумя юбкой. Дома смывала теплой водой карту с материи, стирала эту материю, сушила и потом шила себе рубахи и сподники своему мужу, что был конюхом в школе же. «А как же жить-то иначе? На шестьдесят рублей не разоденешься, да еще вдвоем».
В кабинете директора она призналась во всем, прося лишь не отдавать ее под суд. Когда Ефросиньи Ивановна услыхала все рассказанное Акулей, она на миг забыла даже о муже и вся ушла в соображения и расчеты. «Ведь это же находка! Сколько подштанников можно пошить мужу. А сколько рубах себе. Муж директор – значит и карты наши». Она примирительно обошлась с Акулей и отпустила ее.
Недилько же полез снова на чердак предаваться своим хозяйственным соображениям. Дело в том, что Акуля между прочим сообщила, что оставшиеся от обрезков при кройке кусочки шли на совершенно иное дело. Ее муж Федя латал ими старые ведра, ванны, урыльники и чайники и зарабатывал неплохо. Он брал материю, промывал ее, потом заделывал дыру и прикрывал суриком. Держалось долго. Хозяйки несли к нему весь свой кухонный инструмент на починку.
Вот тут-то и осенило Недилько латать крышу старыми дореволюционными географическими и историческими картами. К чему он и приступил немедленно сам, ибо свидетели в таком деле безусловно были излишни, особенно в Советском Союзе, так как забракованные карты все-таки были государственным имуществом, и за кражу их полагалась известная статья Уголовного Кодекса. Томик этого Кодекса лежал в кабинете директора, и Недилько только что угрожал им Акуле, стоявшей перед ним с трясущимся от страха животом.
Самолично починив крышу и окрасив ее в черный цвет густой эмалевой краской, он сам же выкрасил все парты, классные доски, подоконники и двери. Хотел было окрасить и пол, но его отговорили. Другие школы остались совершенно без материалов и ремонта не произвели.
Недилько ходил довольный и ждал осеннего педагогического совещания, втайне мечтая о премии. «Хорошо бы брюки новые или пиджак. А то и то, и другое вместе…»
Осеннюю учительскую конференцию райком партии решил устроить в школе Недилько. Это наводило на размышления, что райком уже знает о сделанном Недилькой ремонте и что премия обеспечена. Было небольшое сомнение, закрадывавшееся в душу в виду того, что крышу пионерского клуба пришлось залатать кусками от советских географических карт, пришедших в негодность. Советские карты были наклеены на советский коленкор. Старых же карт не хватало для клуба, так как Ефросинья Ивановна более половины обнаруженных старорежимных карт перебрала на пошивку белья себе, мужу и дочке.
Недилько попробовал было отстоять эти карты, но Ефросинья Ивановна снова напомнила ему про партийный билет и про случай с Акулей на чердаке и про краденые карты.
Недилько замолк и совершил новое преступление: взял старые советские карты.
Пришел день конференции. Триста с лишним учителей заполнили пионерский клуб. Расселись на длинных деревянных скамьях, собранных со всех административных учреждений района. На сцене клуба, на возвышении, разместился президиум. Недилько был единогласно выбран в президиум по предложению председателя райисполкома. Это обстоятельство уже предвещало хороший исход конференции для Недилько. И действительно: Недилько был премирован. Ему дали пальто и кепку. Премия была завернута в бумагу и перевязана веревочкой. Остальные – не премированные – директора ревниво посматривали на счастливца.
Наконец, торжественная часть окончилась и приступили к педагогической. Начались доклады на различные заданные заранее темы. Все шло хорошо. На небе за окном сияло солнце. Прошла первая часть конференции. Во время перерыва, выходя на воздух, заметили небольшую тучку на восточной части горизонта.
Через полчаса все участники конференции снова заняли свои места. Во время доклада одного из учителей неожиданно послышался удар грома. Небо сразу потемнело и полился проливной дождь. От удара грома Недилько вздрогнул и тайком перекрестил себя под столом. Ведь крыша-то пионерского клуба была ремонтирована советской материей…
